Чтение онлайн

 Я действительно нервничала. Но вовсе не по поводу предстоящего вечера, а из-за единственного шанса на побег, который я сама же решила пустить коту под хвост.

Весь день мне едва ли удавалось скрыть свои переживания. К ним добавились сомнения, которые чем ближе к балу, тем сильнее меня одолевали.

Вчера благодаря Немцовой я наконец-то примирилась с судьбой и даже в каком-то смысле успокоилась. Да, несправедливо. И отца я навряд ли когда-то прощу, но ведь это ещё не конец света! Миллионы женщин живут с нелюбимыми, и я справлюсь, тем более, это ненадолго. Надеюсь.

И всё же полностью перечеркнуть своё стремление быть независимой мне не удалось. Где-то в глубине души ещё звучал слабый отголосок: а может всё-таки рискнуть? Ведь второго шанса больше не представится.

Мне ведь даже не дали право выбора. Не дали познать жизнь во всех её красках. Я только и успела что закончить гимназию. А институт? Позволит ли мне мой муж учиться дальше? А дети? Он их хочет сразу? Да я же сама ещё ребёнок! Хочется по-детски зажмуриться и ждать, пока всё само собой пройдёт.

И вот, даже не повзрослев окончательно, не пожив для себя, я вынуждена отдать свою жизнь в чужие руки. И ладно, если бы эти руки хотя бы не вызывали отторжения.

К тому же, был ещё Тоха. Сегодня утром я написала ему смс с одним единственным словом: “Отбой”. На что сразу же получила такой же лаконичный ответ: “Нет!”

Из чего следует, что письмо он всё-таки получил и будет держать такси у входа, как я и просила. Дурак несчастный! Да и я тоже хороша! Втянула друга в неприятности, сама в стороне останусь, а ему тот же Бультерьер с радостью косточки пересчитает, если что.

Мой план казался мне простым и, главное, безопасным для Тохи : незаметно ускользнуть под шумок между финальным туром вальса и началом интеллектуального конкурса. В это время должно быть суетно, в общем, как раз то, что мне было нужно.

Далее, по дороге к аэропорту переодеться в привезённые им вещи и с Алискиными деньгами вылететь ближайшим рейсом всё равно куда. Я специально не смотрела в интернете расписание на сегодня, на случай, если мои контакты с внешним миром всё-таки контролируются.

Дальше ещё проще: на вырученные за обручальное колечко деньги затаиться и переждать в каком-нибудь тихом и живописном уголке Прованса***, или наоборот, в шумной и многолюдной Праге. Благо французский я знаю хорошо, а чешский не настолько сложный, что бы его не понять. А со временем, конечно же, вернутся назад. Уж слишком я любила русские берёзки и гречневую кашу, чтобы променять их, пусть даже на самое красивое место в мире, которое всё равно никогда не стало бы мне домом. Мой дом здесь, как и моя семья. Теперь я это точно знаю!

Зато Бестужев бы за время моего отсутствия нашёл другую несчастную «счастливицу», а отец бы остыл и дал мне наконец возможность жить своей жизнью. Пусть бы я набила себе шишки, но это были бы мои шишки! Набить их было бы моим решением, значит, и ответственность за свои шишки тоже несла бы я сама. Клянусь, за помощью к отцу я бы даже не обратилась.

 Но какой теперь смысл махать после драки кулаками? Ведь отказаться от побега и было лично моим выбором. Можно даже сказать, что впервые в жизни за меня не делал выбор отец, и это первое в своей жизни, серьёзное решение приняла я сама. Выходит, мне и отвечать за последствия. Вот, собственно, последний аргумент и стал решающим в судьбоносном выборе: быть побегу или не быть.

У подъезда Колонного зала Дома Союзов было настоящее столпотворение. Дебютантки в кутюрных нарядах ведущих Домов моды и в украшениях Chanel Fine Jewelry съезжались на лимузинах, VIP-шатлах «Bentley» и ритуальных «Maserati», причём каждая из них должна была попозировать перед многочисленными фотокамерами. Репортёры суетились, боясь пропустить важных персон, задавали каверзные вопросы и ловили каждое неловко оброненное слово, чтобы на радость читателям раздуть из мухи слона. Когда же наконец дошла очередь и до нас, Аскольд по-хозяйски притянул меня к себе за талию. Широко улыбаясь, он был само обаяние и чувствовал себя под прицелами сотни вспышек как рыба в воде. Мама взяла его под руку с другой стороны, а я держала за руку Алекса. Таким вот тёплым семейным квартетом мы и предстали на суд репортёров.

– Аскольд Эдуардович, это правда что вы и Анастасия Пылёва обручены?

– Да, наша свадьба состоится уже завтра, - говоря это, он прижал меня к себе ещё сильнее, и я уже начала переживать, как бы мои рёбра не треснули.

– К чему такая спешка? Уж не ожидается ли пополнение? – раздался в толпе следующий вопрос.

На что этот придурок лишь многозначительно улыбнулся, дав тем самым пищу для сплетен. Я моментально стала пунцовой и уже собралась расставить все точки над «i», когда помощь пришла откуда не ждали. Видно, мою мать не прельщала перспектива предстать перед светской тусовкой в роли бабушки, поэтому, взяв слово, она заверила вездесущих репортёров, что пополнения не планируется и свела всё к большой и чистой любви. Ха! Известный бабник и нате вам, влюбился. Вполне себе заголовочек для жёлтой прессы.

– Анастасия, нет никак сведений, кто дизайнер вашего бального наряда. Вы поделитесь с нами этим секретом?

Намёк был мне безусловно ясен, так же как и всем присутствующим. Если перевести вопрос с официально-вежливого на русский-общепонятный, то он бы прозвучал так: вы назовёте имя дизайнера или нам самим придумать историю “no name” платья из какого-нибудь подпольного ателье?

Рука на моей талии напряглась, что, впрочем, совсем не помешало моему женишку и далее сиять беззаботной улыбкой. А вот маме “удержать лицо” удавалось с трудом, оно у неё просто застыло.

Пауза затянулась, а я уже было собралась назло своему суженному повторить его манёвр и ограничится загадочной улыбкой, оставив вопрос без ответа, но вовремя вспомнив о Руслане Немцовой, а так же о золотых ручках неизвестной мне Валерии Гай, всё-таки передумала.

– Это платье принадлежит начинающему и, на мой взгляд, великолепному дизайнеру Валерии Гай, - ответила я после паузы.
– Хочу также отметить, что платье, вышитое натуральным жемчугом, после мероприятия будет передано в благотворительный фонд Русланы Немцовой.