Чтение онлайн

Фредерик, Мэриленд

08:56

Лаборатории биологической обороны Научно-исследовательского института инфекционных заболеваний армии США по размерам и качеству оборудования превосходят два других учреждения подобного рода в стране. Здесь проводят опыты с самыми опасными бактериальными культурами. С 2008 года, после расширения, НИИ ИЗА США преобразовали в Национальный аналитический центр биологической обороны (НАЦБО) Теперь он располагался на 160 тысячах квадратных футов земли, подчинялся непосредственно Министерству национальной безопасности и имел финансирование в один миллиард долларов. В лабораториях четвертого уровня бактериологической угрозы на площади в 40 тысяч квадратных футов ученые работали со смертоносными, самыми опасными из известных человечеству микробами.

Кабинет доктора Лидии Гагнон располагался в здании № 1425 Национального межведомственного кампуса биологической обороны (НМКБО), в одном из немногих старых строений на территории НИИ ИЗА США, которое использовали по назначению. Патолог из Онтарио допивала вторую за утро баночку пепси, наслаждаясь последними мгновениями спокойствия: через минуту ей придется встать и идти на назначенное на девять часов совещание. Она начала читать присланное по электронной почте сообщение от сестры, когда на экране появилась надпись, заблокировавшая Интернет.

ТРЕВОГА! УТЕЧКА ЧЕТВЕРТОГО УРОВНЯ БАКТЕРИОЛОГИЧЕСКОЙ УГРОЗЫ.

Надпись мигала на экране. Лидия Гагнон ввела код грифа секретности из семи цифр, уставилась на экран и стала читать. По мере прочтения ее глаза за увеличительными стеклами очков расширялись от ужаса. Через полминуты она схватила трубку стационарного телефона и набрала трехзначный номер.

— Это Гагнон из межведомственного кампуса. У нас кража четвертого уровня бактериологической угрозы. Повторяю. У нас кража четвертого уровня бактериологической угрозы. Я хочу, чтобы через шесть минут два вертолета с аэромедицинскими карантинными командами были готовы к взлету и ждали нас на площадке. Скажите полковнику Зваве, что я поднимаюсь.

Нижний Ист-Сайд, Манхэттен

08:56

Мэри Клипот открыла металлический чемоданчик. Внутри в гнездах из пеноматериала лежали ингалятор, аэрозольный распылитель и стеклянная пробирка на три унции с прозрачной жидкостью и оранжевой наклейкой, предупреждающей о биологической опасности.

Действуя с завидным хладнокровием, женщина взяла пустой аэрозольный распылитель, отвинтила его крышечку и поставила в гнездо чемоданчика вертикально. Она осторожно взяла стеклянную пробирку, вытащила пробку и вылила унцию прозрачной жидкости в аэрозольный распылитель.

Мэри сделала глубокий вдох, чтобы унять волнение, достала из кармана пальто плексигласовую пробирку с сероватым порошком, генетически модифицированным в ее лаборатории. Она отвинтила конусообразную крышечку с миниатюрной, размером со шляпку большого гвоздя, мерной ложечкой на конце и, зачерпнув порошок, стряхнула излишек обратно в пробирку. Высыпав содержимое мерной ложечки в аэрозольный распылитель, Мэри Клипот завинтила крышечку и положила пробирку в пустое гнездо в стальном чемоданчике. Плотно завинтив крышку распылителя, она несколько раз осторожно встряхнула им, перемешивая содержимое, а затем присоединила распылитель к ингалятору и положила его на пенопласт.

Мэри посмотрела на часы: 8:59.

Из сумочки она извлекла конверт с поддельным удостоверением работника ООН. Женщина посмотрела на свою фотографию. Теперь ее звали доктор Богдана Петрова, и она работала в российском посольстве. Настоящая доктор Петрова была микробиологом. Семь лет назад они познакомились на международной конференции в Брюсселе, а полтора месяца назад труп Богданы нашли в мусорном контейнере где-то на окраине Москвы. Убийство списали на неудачное свидание через интернет.

«Они дорого заплатят за все то, что сделали с тобой, Дана. Я сполна расквитаюсь за всех наших коллег».

Мэри перебросила через голову шнурок, на котором висело поддельное удостоверение, и взяла ингалятор. Сердце бешено колотилось в груди. Руки дрожали.

«Не бойся, Мэри! Ты — избранная. „Коса“ не навредит твоему ребенку. После прививки плацента стала нечувствительной к болезни, но надо поберечься. Вознесение грядет».

Глянув в зеркало заднего вида на рыжеволосую куклу женского воплощения Мрачного Жнеца, Мэри прочитала новему [24]— девятую молитву из цикла молитв Santisima Muerte, заученную из брошюрки, купленной в Мексике два месяца назад.

— Благословенная заступница-смерть! Силою, дарованною тебе Богом, молю тебя избавить меня от всякого зла, болезней и опасностей, а вместо них даруй мне счастье, здоровье, удачу и деньги. Даруй мне много друзей и избавь от врагов моих. Пусть Иисус, отец моего ребенка, явится передо мной, недостойной кроткой овцой Его паствы. Я же исполню волю Его, буду любящей и покорной. Аминь.

Женщина прижала ингалятор к лицу, надавила спусковой крючок и глубоко вдохнула.

Сделано. Мэри Клипот откинула голову назад. Сердце бешено колотилось в груди. Веки нервно подергивались. Адреналин бушевал в крови.

Внутренний голос, приглушенный принятыми накануне лекарствами, теперь торопил ее.

Женщина вышла из машины, резко захлопнула дверцу, закрыла на ключ и только тогда вспомнила, что в металлический чемоданчик встроено предупредительное сигнальное приспособление. При помощи системы дистанционного отпирания дверей Мэри Клипот распахнула дверцу и, схватив чемодан, поспешила по переулку. Снег подтаял, температура воздуха равнялась двадцати семи градусам по Фаренгейту. Мэри захотелось в туалет.

В отчаянии она огляделась. Рядом оказался мусорный контейнер. Она бросила в него чемодан и поспешила прочь. При падении на дно пустого металлического контейнера крышка чемодана со стуком открылась.

Женщина вышла из переулка, свернула налево, направляясь к 46-й улице.

Бубонная Мэри [25]ускорила шаг… А заразная комбинация токсинов разливалась по ее крови…

Медицинский центр для ветеранов

Манхэттен, Нью-Йорк