Чтение онлайн

инженер-радист Берндт Артур Густавович, человек советски настроенный.

Саботировал свой призыв в немецкую армию. Обладает слабой инициативой,

подвержен частой смене настроений, но исполнителен и точен. Непримиримый

противник гитлеровцев.

Подпольная патриотическая группа создана и приступила к действию.

Диверсия на военно-сторожевых катерах типа "Д" и военном буксире

"Ваграин":

На четырех военно-сторожевых катерах и буксире подшипники залиты старой

выплавкой с содержанием баббита не более восьми процентов. В результате

этого: катера "Д-9" и "Д-10" совершили только по одному переходу до порта

Галац и снова поставлены на ремонт. Катер "Д-6" на буксире доставлен в ковш

завода. Буксир "Ваграин" потерял ход на ответственном переходе с баржей,

груженной боеприпасами. Судьба буксира неизвестна.

Прибыл на ремонт "Райнконтр" -- буксирное судно, вооруженное

скорострельной пушкой и спаренным пулеметом. Адмирал Цииб дал сжатые сроки и

требует высокого качества ремонта. Объясняется это тем, что "Райнконтр"

должен отбуксировать две баржи металлического лома и на обратном пути

доставить в Одессу воинские части, перебрасываемые гитлеровским

командованием с запада.

Адмирал требует качества, мы об этом позаботимся..

В ночь на 19-е были расклеены листовки с текстом сводки Совинформбюро

от 15 июля.

С рассветом возле листовок собрались значительные группы граждан. Весть

о победном продвижении советских войск на запад быстро распространилась по

городу.

Нашу "пробу пера" надо считать удачной. Основная задача: добыть пишущую

машинку".

Николай отложил перо и взглянул на часы -- три утра, а в восемь надо

быть на заводе. Он спрятал флакон с раствором желтой кровяной соли, погасил

лампу и лег, но уснуть не мог.

Мысль его настойчиво работала над решением задачи с "Райнконтром". Он

придумывал разные варианты и отбрасывал их один за другим.

Когда сквозь узкие щели между оконной рамой и ковром просочились

первые, еще робкие краски рассвета, он подумал: "Решим на месте с

Рябошапченко!" -- и неожиданно крепко заснул.

Ровно в восемь Николай был на заводе. Рябошапченко он застал в конторе,

но здесь же была и Лизхен. Увидев Гефта, она улыбнулась и поправила на лбу

"завиток", так назвали в Одессе пришедший с Запада модный локон.

– - Иван Александрович, пойдем на эллинг, -- хмуро бросил Гефт (он не

выспался) и вышел из цеха

На эллинге стоял бот марки "РО" 12-й охраннопор-товой флотилии. Они по

лесенке поднялись на палубу бота и вошли в рубку. Здесь можно было свободно

поговорить, не опасаясь быть подслушанным.

– - В Оберверфштабе удалось узнать, -- начал Гефт,-- что "Райнконтр"

должен взять на буксир две баржи с железным ломом, рейс до Линца. На

обратном пути буксир доставит эсэсовскую часть из Арденн, кажется, из

Эхтернаха.

– - Что будем делать?

– - Надо, чтобы "Райнконтр" остался в Одессе. Мощный буксир, заменить

его нечем...

– - Нацелить Гнесианова на подшипники -- в Браиле или Белграде их

перезальют, и только...

– - Нет, это не пойдет. А что, если при укладке валов и монтаже муфт

переднего и заднего хода допустить небольшое смещение?..

– - Будет обнаружено на первом же ходовом испытании, и твой авторитет у

немцев полетит к чертовой бабушке!

– - Нет, Иван Александрович, на ходовых испытаниях к одной машине встану

я сам, к другой бригадир... Кого ты думаешь поставить?

– - Надо бы Михаила Степановича, но после истории с баржей "Мозель"...

– - Что за история?

– - Два дня назад -- меня не было, я ходил в порт на приемку -- Сакотта

вызвал Михаила Степановича и поручил ему надеть руль на самоходную баржу

"Мозель". Берещук посмотрел--вал не подходит к сектору. Приказал вал

отпилить. Надели сектор, но клиновую шпонку не забили. Ночью слегка

штормило, петли поднялись из проушин, и руль пошел ко дну. Сегодня спустился

водолаз, но руля не нашел.

– - А Берещук признался, что не забил клиновую шпонку?

– - Зачем признаваться? Забил. Бригада подтверждает. Плохо, говорит,

охраняете объекты! Это Берещук румынскому инженеру...

– - Скажи, какой молодчага! Так кого же на "Райнконтр"?

– - Думаю, бригаду Ляшенко...

Евгений Евгеньевич был в расстроенных чувствах: он сегодня с утра

повздорил с бауратом.

– - Понимаете, Николай Артурович, -- жаловался он,--майор --

легкомысленный, беспечный человек. Покупка материалов проводится

бесконтрольно, счета оформляются кое-как. Наличие металла в цехах не

контролируется... По отчетам румынской администрации план перевыполнен, в то

же время ни одно судно не вышло из ковша в срок! Я вам очень доверяю, вы

талантливый инженер и человек, преданный рейху, но... Вы меня понимаете.

– - Думаю, Евгений Евгеньевич, что оккупационные марки стоят рейху ровно

столько, сколько стоит бумага, на которой они напечатаны. Поэтому Загнеру

марок не жалко. Тысячей больше или меньше -- лишь бы дело шло!