Чтение онлайн

– - Да, да, пожалуй, вы правы. Кстати, сегодня у меня круглая дата. Я

приглашаю вас на пирушку... Вот адрес, -- он вырвал из блокнота листок.
– -

Будут интересные люди. Приходите!

Гефт поблагодарил.

Вечером Николай торопился: он хотел быть у Вагнера одним из первых,

чтобы познакомиться с каждым приглашенным отдельно.

Дом в Колодезном переулке он нашел сразу. На парадной двери проступал

темный квадрат от дощечки прежнего владельца квартиры. В бельэтаж вел

широкий марш с цветными витражами и баллюстрадой затейливого чугунного

литья. Не питая особой надежды на то, что звонок работает, он нажал кнопку,

но звонок отозвался. Послышалась мелкая дробь каблучков, и дверь

распахнулась.

На пороге стояла миловидная женщина с утомленным лицом, одетая хоть

сейчас на эстраду.

– - Здравствуйте!--сказала она по-немецки.
– - Я -- Берта Шрамм. Вы

Николай Гефт?

Николай поклонился.

– - Евгений Евгеньевич ждет. Пойдемте, я провожу вас.

Закрыв за ним дверь, она пошла вперед. Они миновали большую столовую в

готическом стиле с камином. Бросив взгляд на сервированный стол, Гефт

насчитал четырнадцать приборов. Из столовой они вышли в холл и свернули

вправо, здесь был кабинет. На отдельном столике бутылки с настойками и

ликерами, рядом в палисандровой коробочке -- сигареты. За стеклами большого,

во всю стену, приземистого шкафа книги -- русская и немецкая классика.

Навстречу поднялся Вагнер:

– - Рад вас видеть, молодой человек! Вы первый!

– - Евгений Евгеньевич, простите, но у меня еще много дел!
– - по-немецки

сказала Берта и вышла из кабинета.

– - Я поспешил, чтобы поздравить вас первым, -- Николай крепко тряхнул

руку хозяина.
– - Примите мой скромный подарок!..

Осторожно Вагнер принял фарфоровую собачку. Его холеные пальцы с

какой-то особой лаской прошлись по статуэтке. Бережно он поставил ее на

стол, сделал шаг назад, наклонил голову, любуясь, и сказал:

– - Вы знаете мою слабость! Настоящий "Копенгаген!" Большего

удовольствия вы доставить не могли. Спасибо, Николя, Можно, я буду звать вас

Николя? Я старше вас, гожусь вам в отцы.

– - Пожалуйста, Скажите Евгений Евгеньевич, кто эта дама, Берта Шрамм?

– - спросил он.

– - Это хозяйка, если хотите, экономка квартиры, одна из всех. Нет, нет,

квартира не моя! -- пояснил он, заметив удивление Гефта.-- Это холостяцкая

квартира для развлечений. Она принадлежит в одинаковой мере и мне, и

адмиралу Циибу, и майору Загнеру, и капитану Ришу -- словом, здесь

хозяйничают несколько чинов немецкого флота. У этой квартиры забавная

история: ее занимал один из янкелей,--врач, -- Вагнер назвал известную в

Одессе фамилию. Двадцать третьего октября сорок первого года патриоты

великой Германии в состоянии справедливого гнева вытащили этого голого иудея

из постели на улицу и распяли, как Христа, прибив гвоздями к забору, а под

ноги ему укрепили дощечку с двери: "Принимает от 10 до 2-х." Труп висел на

заборе несколько дней.

Образно представив себе эту "забавную историю", Николай почувствовал

приступ тошноты. Его выручил звонок в прихожей.

– - У меня к вам просьба, Евгений Евгеньевич...-- сказал он.-- Я у вас

впервые, никого из ваших друзей не знаю. Прошу меня познакомить, хотя бы в

общих чертах...

– - Сегодня у меня дорогой гость,-- Иоганн Вольф-Гросс, мой дальний

родственник. Полковник, офицер генерального штаба, здесь в инспекторской

поездке. Очень светский, вежливый, а главное -- осведомленный человек. Гросс

всегда знает что-то такое, чего не знает еще никто! Я вас с ним познакомлю.

Затем Илинич Михаил Александрович, крупный инженер, кончил Одесский

индустриальный, очень тонкого ума господин. В начале войны был мобилизован

советскими, уехал, а вернулся в Одессу в конце сорок второго офицером

вермахта! Награжден фюрером четырьмя орденами. Был главным редактором газеты

в оккупированном Орле, часто пишет в нашей газете, его псевдоним -- Михаил

Октин. Ну, кто еще? Да! Олег Загоруйченко! Боксер, президент общества

"Ринг", драчун, но веселый человек и...

В кабинет вошел новый гость. Это был высокий, крупный человек, с

маленькой головой и брезгливым выражением лица -- профессор химии Хайлов.

– - Михаил Федорович,-- представился он Гефту, поставив на стол корзину

цветов.

Разговор стал общим, пока не появился новый гость-- офицер генерального

штаба в форме СС.

Совсем не по-родственному, Вагнер бросился к нему навстречу, угодливо

пожал протянутую руку и по-немецки представил Хайлова, затем Гефта:

– - Наш самый талантливый инженер! Ярый сторонник рейха! Верный слуга

фюрера!

– - Господин Вагнер ко мне очень добр, -- также по-немецки сказал

Николай, внимательно рассматривая эсэсовца и в то же время пытаясь уйти от

тяжелого взгляда его серых глаз со склеротическими веками.

– - У вас хорошее берлинское произношение! -- похвалил его Иоганн

Вольф-Гросс, он ни слова не понимал по-русски.