Город-невидимка
Шрифт:
Как хотелось закрыть глаза, опуститься на снег, прижавшись к нему пылающим от боли лбом, но нельзя. Он и так потерял слишком много времени. Парень сжал зубы и шагнул вперед.
Снегопада сегодня не было, но серое низкое небо заволокли тучи, основательно укрыв за собой неласковое зимнее солнце. День казался мрачным, словно бы и не проснувшимся. От далекой деревни доносились невнятные звуки, в некоторых домах горел свет.
С трудом, словно преодолевая невидимое препятствие, Северин вошел в церковь. От натуги на его лбу выступил пот.
В храме было холодно и пусто, одна из стен полуразвалилась, в углу громоздилась груда битых кирпичей вперемежку с осколками бутылок и пустыми сигаретными пачками… Снег, лежащий на полу старой церкви, был истоптан, и Северин наклонился, изучая следы. Да, они были здесь. Судя по всему, человек восемь, не меньше. Он повел носом, пытаясь уловить запах, но почувствовал только старые запахи церкви. Куда же направились похитители? За церковью их следы терялись — их надежно замела та самая метель, что сопровождала отступление врагов, увозивших с собой Динку.
Даже Северин не смог бы обнаружить их следы. Поискав немного в окрестностях, он повернул в сторону деревни, надеясь обнаружить что-нибудь там.
Деревенька была небольшая и, судя по всему, наполовину пустующая, по крайней мере в зимнее время, когда не наезжают из ближайших городов суетливые дачники. Парень осмотрелся и почти сразу обнаружил, что в одном из заброшенных покосившихся домов кто-то совсем недавно был. Северин снял висевший скорее для красоты, чем ради пользы, замок и шагнул в сени, за которыми находилась небольшая комната. В доме отчетливо пахло запустением, но к этому запаху слабо примешивались запахи людей… Парень прошел вдоль ободранных стен, оглядываясь и принюхиваясь. Очевидно, те, кто напал на «русичей», провели здесь в засаде целый день. Вполне логично, что приехали они до рассвета, чтобы не попасть под наблюдение омоновцев, а затем, выбрав время, пока боевики сражались с собственными галлюцинациями, вызванными мощной магией, а может, и подкрепленные каким-нибудь помогающим воображению газом, атаковали ребят.
Но как же враги попали сюда? Уж точно не на перекладных, как Северин. Но и следов машины тоже не видно. Машину сложно здесь спрятать, да и не слишком удобно — по дороге редко ездили, она вся в глубоких колеях, завязнуть в которых легче легкого… Скорее уж что-то небольшое, маневренное, то, чему не страшны сугробы.
Изучение двора подтвердило догадку Северина — он заметил следы больших полозьев. Значит, снегоход. И удобно, и быстро, и маневренно.
Пока Северин осматривался, у забора собралась небольшая стая местных собак. Они явно боялись и поджимали хвосты, но все же следили за опасным чужаком. Худые, недокормленные, похожие скорее на обтянутые шкурой скелеты — из тех, кого называют Кабысдохами, произнося это псевдоимя раздельно: «Кабы Сдох», — они все же были готовы до последнего защищать свои владения. В отличие от людей животные не умели предавать.
Северин тихо рыкнул — не грозно, предупреждающе, — и собаки отпрянули еще чуть дальше. Кто-то надрывно заскулил, но они все же не покинули свой пост.
— Да ухожу я, ухожу, нужны вы мне, — пробормотал парень и, выйдя из висящей на одной петле покосившейся калитки, направился обратно в сторону церкви. Картина произошедшего вчера стала немного яснее, но на главный вопрос — где искать Динку — он еще не получил ответа.
«Каждая минута на счету! — думал Северин, все кружа вокруг ветхого строения. — Ну хоть какая-то зацепка!.. Надо попробовать перекинуться — волк чует лучше, чем человек…»
Раньше переходы в волчий образ происходили у него сами собой, под влиянием мощной волной захлестывающей душу ярости. Теперь он закрыл глаза и попытался, сосредоточившись, воспроизвести это состояние. Тело напряжено. Искорка загорается где-то внутри, внизу живота, а потом поднимается, все разрастаясь и разрастаясь, пока не превратится в бушующее пламя.
Грудь Северина обожгло, тело выгнулось дугой. Он почувствовал боль в перерождающихся мышцах — такую острую, что едва можно терпеть. Но сильнее боли оказалась радость. Получилось! У него получилось!
И вот уже синеглазый волк мягко опустился в снег на все четыре лапы, настороженно принюхался… Враги были здесь. Он ясно чувствовал это даже не с помощью обоняния, а каким-то дополнительным животным чувством, он просто знал — и все.
След после них остался едва уловимый, но Северин не позволил ему скрыться, поймал, как за ниточку, выпущенную из клубка, и принялся разматывать. Сначала неуверенно, а потом все увеличивая скорость, он понесся вперед, перепрыгивая через сугробы, огибая овраги, лавируя между деревьями.
В какой-то момент след вывел Северина на трассу. Мимо с ревом проносились машины, запах бензина, казалось, мог убить все живое, но синеглазый волк не обращал на это внимание. Теперь он несся по обочине, стремительный, как выпущенная в цель стрела.
Водитель ехал уже почти сутки. До Москвы оставалось всего ничего — каких-нибудь сто тридцать километров, и тяжело груженная зеленая «газелька» легко скользила по трассе. Надо бы отдохнуть, но чем быстрее приедешь — тем лучше, а сменщика не было: конечно, без напарника тяжело, зато и денег больше.
Дорога ложилась под колеса ровной серой лентой, своей монотонностью нагоняя сон. Мужчина тряхнул головой и попытался было сосредоточиться, но тут увидел ее. Огромную серую собаку с пушистым хвостом. Или даже не собаку, а волка? Нет, волки вроде мельче… Но самое странное заключалось даже не в размере животного, а в том, как легко оно неслось с правого бока машины, не отставая ни на пядь.
Судя по спидометру, скорость у животного была не менее семидесяти километров в час.
Мужчина снова тряхнул головой, но навязчивое видение и не думало развеиваться.
«Совсем устал, — подумал он, — слышал ведь от коллег байку, что если увидишь серую собаку, несущуюся со скоростью машин, значит харэ — срочно отдыхать!»
Он еще поколебался, думая о деньгах и о семье — жена не работает, детей на шее двое, в общем, обещанная премия за срочность окажется весьма кстати… Но собака не пропадала даже при прибавлении скорости, а еще на миг оглянулась, и мужчина увидел неожиданно ярко-синие, совершенно человеческие глаза.
«Нет, черт с ней, с этой премией. Делаю остановку», — решился он и притормозил, съезжая на обочину. И в этот момент огромный черный джип вылетел с левой полосы как раз в то место, где находилась бы «Газель», не затормози ее водитель заранее.