Чтение онлайн

– Память у вас, людей, уж больно короткая, – ответил Илмерран. – Правда, вы и живете недолго, но все-таки это чересчур. Я вот еще лет сто помнить буду. Можете считать, что я злопамятный…

– А я – нет, – беспечно откликнулся Хайдер. – Мне некогда. Мы в Риэрне живем быстро. Привыкли за последние два десятка лет. Враг должен стать или трупом, или другом – и не через год, а через час. Пока голова еще на плечах. Приходится успевать, знаете ли.

Эннеари едва не ахнул. То, что сказал риэрнец, было просто чудовищно – а произнес он это обыденно и спокойно. Другой бы в его годы пыжился, говоря подобные слова – но нет, Хайдер не рисовался совершенно! Впрочем, жизнь при таком короле, как Иргитер, кого угодно отучит рисоваться – даже таких мальчишек. А приучит… Арьену было тяжко думать, к чему может приучить подобный образ жизни. Во всяком случае, отвечать на скрытое предостережение точно таким же, не задумываясь, он Хайдера приучил точно.

– Думаю, мы с вами неплохо найдем общий язык, коллега, – усмехнулся Илмерран. – Исключительно приятно было побеседовать.

– Надеюсь, наши будущие беседы окажутся не менее приятными. – Загорелое лицо Хайдера просияло белозубой улыбкой. – А до тех пор разрешите откланяться… на время.

Лерметт утвердительно наклонил голову. Хайдер снова склонился в низком, но исполненном достоинства поклоне, выпрямился и вышел прочь.

– Бедный мальчик, – шепнула Шеррин, когда за Хайдером затворилась дверь.

Сейгден и Эттрейг согласно кивнули.

– Но умен необыкновенно, – медленно промолвил Лерметт. – И дипломат милостью богов. Талант несомненный.

– Так во сколько раз его надо сплющить, чтобы он сошел за гнома? – шутливо поинтересовался Алани у Илмеррана, припомнив его давешние слова.

Илмерран шутки не принял.

– Ни во сколько, – отрезал он. – Этого парня и без того жизнь сплющила. Да так, что врагу не пожелаешь. Просто удивительно, что он сумел не озлобиться.

Алани осекся.

– Нам с ним впредь не год и не два за одним столом переговоров сиживать, – раздумчиво, ни к кому в отдельности не обращаясь, произнес Илмерран. – Пожалуй, можно и рассказать… пожалуй, даже нужно.

Он помолчал немного – и на сей раз прервать его молчание вопросом никто не осмелился.

– Мальчик, действительно, умен, – все так же неторопливо молвил гном. – Но спас его все же не ум, а чудо… злое чудо. Он средний из братьев – а старшего и младшего год назад казнили.

– Да ведь ему год назад было от силы пятнадцать! – взвыл ошеломленный Алани, вмиг утратив молчаливое почтение. – Так сколько же…

– Правильно мыслишь, студент, – хмуро отозвался Илмерран. – Его младшему брату было всего тринадцать. А старшему – семнадцать, и он собирался жениться… собственно, казнь состоялась в день, назначенный для свадьбы. Иргитер обожал такой незамысловатый юмор.

Эннеари услышал, как тишину нарушил густой шепот, произносящий неимоверно грязное ругательство – и лишь потом сообразил, что шепот сорвался с его собственных уст.

– Обвинение, как всегда, было ложным – просто очередные жертвы из клана ало-золотых. – Илмерран и виду не подал, что услышал Арьена – даже бородой не повел. – За годы правления Иргитера среди ало-золотых таких мальчиков сгинуло без счету… да и среди черно-серебряных тоже – чтоб из них не успели вырасти толковые соперники. Так ведь ум от возраста не зависит – а опасность заставляет мужать и умнеть очень быстро. Насчет скорости жизни в Риэрне Хайдер ничуть не преувеличил – скорей уж недоговорил. Его жизнь должна была окончиться в тот же день.

– Его пощадили? – удивился Эттрейг.

– Кто – Иргитер? – хмыкнул гном. – Ни за что. Просто за неделю до ареста братьев этот сорвиголова уехал на кабанью охоту. Все сразу же пошло неудачно. Трое охотников погибли, конь под Хайдером со страху взбесился, мальчик не удержался в седле, упал, сломал ногу, вепрь ранил его в бок… его сочли мертвым. А он очнулся. Другой бы на его месте не выжил, но у Хайдера воля к жизни такая, что на пятерых хватит. Соорудил себе что-то вроде костыля… где шел, где полз… сбился с пути, угодил в болото…

Шеррин ахнула.

– Правильно мыслите, ваше высочество. – Большей похвалы Илмерран не знал. – В тамошнее болото. Раненый. Как-то все же выбрался – уже в полубреду.

– Неудивительно – с такой раной, – промолвил Сейгден.

– С такой лихорадкой, – педантично поправил его гном. – Из болота он выполз с гнилой горячкой. Домой его кое-как доставили… но вы же знаете, что такое гнилая горячка.

Эннеари кивнул. Что такое гнилая горячка, знал даже и он. Более заразного недуга мир людей не порождал – и более смертоносного тоже. Эльф, если только он не целитель, может излечить человека от гнилой горячки не меньше, чем за полдня непрерывных усилий – а это о чем-то говорит.

– Хайдера не согласился бы взять под арест ни один стражник. Пытать и казнить его не взялся бы ни один палач. Да и зачем? Довольно предоставить мальчика самому себе. Пускай догорает в бреду.

Лерметта передернуло.

– А Хайдер выжил, – глухо произнес гном. – Пришлось выжить. Потому что его отец казни двоих сыновей не перенес. Оставалась мать, потерявшая не только детей, но и мужа… и невеста брата. Бедняжка едва не сошла с ума. Ее уже и лекари пользовать начали – само собой, без толку. Хайдер только-только очнулся, еще и ходить не мог – так он велел себя к ней отнести. Она распорядилась не пускать никого… Хайдер встал с носилок, схватил их и вышиб ими дверь.

– Ого! – невольно вырвалось у Сейгдена. Как опытный воин, он хорошо знал, что такое боевая ярость, которая и мертвого в сражение поднимет.

– Говорил с ней Хайдер часа полтора. О чем – никто не знает. Но в рассудке он ее удержал. Между прочим, истории на том не конец.

– Да? – выдохнула Шеррин.

– Спустя два месяца она вышла за него замуж, – сообщил Илмерран. – Даром что она Хайдера на два года старше, он совсем мальчик для нее тогда был – а вот поди же…

– Я ее понимаю, – тихо сказала Шеррин.

– Я, как оборотень – тоже, – кивнул Эттрейг. – Просто мне виднее. В этом парне жизни, и верно, на пятерых. Какая женщина устоит? Тут не в возрасте дело. Я бы с ним в любви соперничать не хотел.

– Так и есть, – кивнул Илмерран. – Она в нем души не чает. Свадьбу сыграли очень тихо, почти незаметно, гостей было мало – но Тенгит среди них был. Кто из них двоих кого вычислил, сейчас сказать трудно, но тогда эти двое и спелись. Тенгит ведь сам черно-серебряный, а женился на девушке из ало-золотых. Тайком, конечно. Дальний родич короля вошел в семью врагов короля. Прямой смертный приговор – да еще какой! Тенгиту и Хайдеру сама судьба велела рука об руку сражаться. А после того, как они примирили старшее поколение обоих родов – разумеется, опять-таки втайне – заговор был просто обречен на успех. Заговор детей и стариков. Детей, отказавшихся умирать, и стариков, которые устали хоронить. Молодая ярость и старческая осторожность. Юный свежий ум и стариковская опытность. Подобное сочетание таланта и методичности не могло не преуспеть.