Чтение онлайн

И когда, спустя почти целую секунду, держать стало уже невыносимо, в этот самый миг печать насытилась, и Ардан тут же отпустил в полет… маленький наконечник стрелы. Почти один в один с тем, что хранили в музее, — который повар Реми из отряда сержанта Мендеры вынимал из доспехов Басхага.

Оставляя в воздухе синий росчерк, ледяной наконечник с запертым внутри морозным вихрем пробил огненную стену Рогова. Если так, конечно, можно было выразиться. Кирпичи из оранжевого пламени даже не дрогнули и нисколько не изменились в цвете. Просто в какой-то момент, в десятке сантиметров от головы капитана, в его собственном щите появилось отверстие.

Еще мигом после капитана отшвырнуло в сторону почти на полметра, но он, стоит отдать должное, и на ногах удержался, и концентрации не потерял. Даже когда понял, что всю его правую сторону тела, от ботинок до виска, покрывает белая, искрящаяся ледяная корка.

Губы Рогова мгновенно посинели, а зубы, совсем как у оловянной новогодней куклы, застучали друг о друга.

Что до ледяного наконечника стрелы, то он растворился белой точкой среди серебристых всполохов ночных звездочек. Ардан все рассчитал верно — заклинание не причинило вреда ни Рогову, ни чему-либо другому.

— Контуженный, — в который раз произнес Рогов и, развеяв заклинание, отряхнулся от снежных наростов. — Я спать.

И с этими словами он направился к тротуару, где, растолкав плечами толпу зевак, исчез за дверьми гостиницы.

— Рискованно, господин Скофский, вкладывать в атаку все, что есть, — прокашлялся Мелин. — Но спор есть спор.

Рыжий капитан направился к Арду, по пути вытаскивая из-за пазухи несколько свернутых страниц.

Ничего из произошедшего ни у кого не вызывало особых вопросов. С виду заклинание Арда выглядело как очень специфическая, скоростная модификация чего-то сугубо специального. И один только Ардан до сих пор, даже спустя полминуты, видел, как небо все еще прочерчивала белая полоса. Его собственного, бесполезного заклинания.

Слишком долго воплощать.

Слишком сложно держать концентрацию.

А еще почти невозможно применить в городских условиях. И не только из-за Мертвой Лей, а по той причине, что математические расчеты (пусть даже и с большой долей допущений из-за наличия не поддающегося вычислению искусства Эан’Хане) показывали, что если бы Ардан не поменял параметры и заклинание не улетело бы к облакам, а врезалось в землю, то…

'— Ты… ты чего наделал?

— У них дверь полая.

…

— Дверь у них полая… думал он… Бумажки сам заполнять будешь!'

Возможно, в качестве бара Красной Госпожи оказалось бы какое-то здание… или два… или вся улица, на которой они сейчас стояли. Или пара кварталов… Или…

— Доброй ночи, капитан Мелин, — во рту Арди едва ворочался онемевший язык.

Он забрал чертежи печатей и, наваливаясь всем весом на посох, едва стоя на ногах, последовал примеру капитана Рогова. Все, о чем мог сейчас думать юноша, — так это о постели, какао и глубоком сне. Желательно без сновидений.

Желание Арда, чудным образом, вопреки сложившейся традиции его пути во сне Спящих Духов, сбылось. Он добрался до своего номера, быстренько разделся и, ополоснувшись ковшиком из небольшой бочки ледяной воды, забрался под не самое плохое одеяло, на пусть и неудобную постель, но без лишнего соседства с клопами, мошками или какой-нибудь иной живностью.

Единственное, что не входило в планы юноши, — так это проснуться не из-за того, что солнце, выскользнув из-за горизонта, полоснет лучами по глазам, а по причине весьма иного толка. Ардан проснулся из-за запаха. Резкого и неприятного, из-за которого бы иной бродяга постеснялся зайти в салун. И дело, в данном случае, вовсе не в чутье матабар.

Арди схватился за посох, но, прежде чем пальцы коснулись потрескавшегося лака на дубовой ветви, он услышал щелчок взведенного курка.

— Я выстрелю раньше, — произнес грубый, грассирующий мужской голос.

Ардан медленно убрал правую руку, так и не успев дотянуться до своего магического инструмента. Но левая в этот самый момент…

— А учитывая вашу характеристику, капрал, то не уверен, что вы сможете кинуть в меня нож, который держите под соседней подушкой, достаточно метко. И я все равно успею выстрелить.

«Капрал»… Ардан покачал головой и наконец смог разобрать силуэт, сидевший в кресле напротив. Утомленность после длительного конного перехода, истощение звезд, яд мутанта — все это, даже вкупе, не объясняло, как именно его коллега оказался в номере Арда незамеченным.

В кресле, закинув ногу на ногу, покачивая в правой руке массивным револьвером с таким калибром, что простому человеку не только запястье сломало бы, но и плечо вырвало, сидел мужчина лет сорока. Седина уже поднялась от висков к макушке, посеребрив волосы средней длины, но вот борода все еще оставалась чернее мазута.

Узкое, острое, обветренное лицо и цепкие глаза-бусинки, неизменно следившие за каждым движением Арда. Левая бровь у незнакомца полностью отсутствовала, уступив место шраму от ожога, а правая торчала куцыми островками некогда густой «растительности».

Одет он был в обычную одежду ковбоя — высокие ботинки, плотные штаны, рубашка с тряпичной жилеткой и кожаной курткой поверх. Ничего примечательного. Включая шрам. Может, Арди, если бы не то количество раз, которое он забирал Тесс с репетиций, ничего бы и не заметил. Теперь же юноша вполне отчетливо видел разницу между накладным, восковым гримом и настоящими рубцами.

— Не могу сказать, что тоже сильно рад вас видеть здесь, капрал, — Плащ крутанул револьвер на пальце и ловким движением вернул железо обратно в кобуру. — Меня зовут лейтенант Шоса. Оперативник восемнадцатого отдела. Прикомандирован на Первую Станцию полгода назад для сбора информации в связи с подозрениями насчет связи Гильдии Охотников и Кукловодов.

С этими словами оперативник медленным, аккуратным жестом вытащил из внутреннего кармана удостоверение и медальон экстренной связи. Скорее всего тот каким-то образом, возможно через какие-то ретрансляторы, дотягивался до Еллика, но вряд ли в данном артефакте имелся хоть какой-то смысл. Даже если Шоса успеет подать сигнал бедствия, помощь прийти не успеет.