Мы - до нас
Шрифт:
Да, кто писал, сбежал от нас…
Хан Кидан:
– В спине с отравленной стрелою!
Мономах с Ратибором многозначительно переглядываются.
Мономах
(мучительно размышляя):
– Дань или брань?
Ратибор:
– И дань и брань!
Мономах:
– Как меч с двумя его боками…
Брань или дань?
Ратибор:
– И брань, и дань -
Без твердости со степняками!
Мономах
(после тяжелого молчания):
– А коль не дам?
Хан Кидан:
– То не взыщи:
Тогда тебя мы одолеем,
Переяславль возьмем на щит,
И никого не пожалеем!
Хан Итларь
(примирительно):
– Князь, дай нам дань, и мы уйдем!
Мономах
(не сразу, решившись):
– Ну, ладно, дам… Но нужно время,
Чтоб всё собрать!
Хан Кидан
(нехотя):
– Мы подождем!
Хан Итларь
(с радостью):
– Здесь хорошо, это – не в бремя!
(потирая ладони)
Осталось мелочи решить.
Я, в удовольствии немалом,
В Переяславле буду жить,
А хан Кидан – за вашим валом!
Как тетива, нет – как канат
Он будет ждать меня с ордою!
А с ним поедет аманат!
Вот этого (показывает на Святослава) возьмет с собою!
Гита:
– А что такое а-ма-нат?
Мономах
(успокаивающе):
– Это обычай соблюдаем:
Когда они у нас гостят,
И мы к ним гостя посылаем!
Поверь, обычные дела!
Все делают всегда так, лада!
Гита:
– Я, кажется, все поняла.
Меня обманывать не надо!
Наш сын – заложник! Боже мой!
Мономах
(успокаивающе кладя ей ладонь на руку):
– Да не волнуйся, ради Бога
Побудет он у них немного,
И сразу… тотчас же домой!
Гита
(высвобождая руку):
– Вот следствие всего того,
Что отказался ты от трона.
Когда на голове корона -
То не боятся ничего!
Мономах:
– Я понимаю, мой ответ
Немилосерден и ужасен,
Но выбора иного нет…
Гита
(пытаясь остановить его):
– Владимир!
Мономах
(обращаясь к ханам):
– Ладно, я… согласен!
Хан Итларь:
– Давно бы так, великий князь!
А то тянули в час по капле…
Целуй на этом крест, клянясь!
А мы целуем наши сабли!
Архиепископ протягивает Мономаху крест. Тот, не спеша, прикладывается к нему. Ханы целуют свою сабли.
Мономах:
– Ну, вот и мир!
Ратибор
(отворачиваясь):
– Мир!
Сын Итларя
(с недоумением):
– Мир?
Хан Итларь
(довольно):
– Мир!
Хан Кидан
(ворча):
– Мир…
Олбег
(словно ненароком толкая плечом ханского сына):
– Стоит, как пень… Прошу прощенья!
Сын Итларя хочет тут же отомстить обидчику, но внимание всех привлекает Мономах.
Мономах:
– Теперь, пожалуйте на пир -
Вас ждет большое угощенье!
Все та же гридница. На этот раз затемнены и трон, и столик летописца. В центре столы с пирующими.
Хан Кидан:
– Светло живет великий князь!
Хан Итларь:
– Мне тоже нравится, не скрою.
И я, обратно возвратясь,
Такой же пир себе устрою!
Старец гусляр поет песню:
Я на небо, я на небо, я на небо посмотрю.
И увижу, и увижу в небе раннюю зарю!
А по небу, из былого,
Словно за строкой строка,
Выплывают расписные,
Выплывают облака…
Я на небо, я на небо, я на небо посмотрю.
И увижу, и увижу в небе раннюю зарю!
А на небе вспыхнул сурик –
Это мчится на рыси
Править Русью храбрый Рюрик,
Самый первый князь Руси!
Я на небо, я на небо, я на небо посмотрю.
И увижу, и увижу в небе раннюю зарю!
А на небе, из-за брега,
Солнце золотом горит,
Словно вещего Олега
На вратах Царьграда – щит!
Я на небо, я на небо, я на небо посмотрю.
И увижу, и увижу в небе раннюю зарю!
А по небу из былого,
Словно за строкой строка,
Выплывают расписные,
Выплывают облака!..
Хан Кидан:
– Ах, как живет великий князь!..