Чтение онлайн

— В-ваше с-сиятельство?

— Много пострадавших? Есть тяжелораненые? — перешла я сразу к делу и склонилась над юношей, который сидел на земле, держась за голову. — Сперва окажем помощь им, потом возьмемся за других.

Вот так, быстро и четко, под моим руководством пострадавших снесли к крыльцу. Сразу нашлись бинты для перевязки и нужные инструменты — ученики лекарей, принимавшие участие в беспорядках, вспомнили свое призвание. Мы работали сообща.

К счастью, самыми серьезными травмами оказались сломанные ребра и неглубокая рана плеча у одного молодчика. Я быстро ее обработала и наложила швы. Несколько раз ловила себя на мысли, что сознание будто бы отключается и тело действует на инстинктах.

Удивительно, но никто не возражал и не пытался со мной спорить. Даже «вовремя» подоспевшие гвардейцы удивились тому, как быстро остыли горячие головы. Теперь не надо никого успокаивать дубинками.

Я бинтовала сломанный палец подмастерью, когда люди заволновались и начали расступаться.

Вот так раз! Даже бабуля выбралась из скорлупы и тоже решила взглянуть на место происшествия. И надо сказать, ее прибытие удивило мастеров даже больше, чем мое.

Кокордия стояла, глядя на всех свысока. Руки сложены на животе, плечи развернуты, взгляд прямой и строгий.

— Мне нужно поговорить с главой гильдии, — произнесла Коко прохладно.

Вперед шагнул высокий крепкий мужчина в длинном кожаном фартуке и склонил голову.

— Графиня, я глава каменщиков. Прошу вас, пройдемте.

Мы с Кокордией встретились взглядами. Она одобрительно кивнула. Мол, все правильно делаешь, деточка.

— Простите, ваше сиятельство, — ко мне обратился один из мастеров со значком кувалды на груди. Он стянул с головы шапку и вытер ею пыльное лицо. — Вы не должны были стать свидетельницей этого постыдного зрелища. От лица всех мастеров и подмастерьев приношу глубочайшие извинения!

— Не стоит извиняться, — я не спеша вымыла руки в тазу с мыльным раствором и поднялась. — Теперь я своими глазами увидела, что творится в Ринке. Уверена, у вас ущемляются права учеников и подмастерьев. Непорядок.

С каждым моим словом мастер все больше бледнел.

— Вы же знаете, как ленива бывает молодежь.

— Мы разберемся, в чем дело. Можете не сомневаться. Раз управление гильдии и самого города не справляется, то графскому роду придется вмешаться.

— Нейра Олетта?! — прозвучал знакомый громкий голос, и я обернулась. — Пресветлая Матушка, какая встреча!

Подоспел нейт Рингер в сопровождении еще пары лекарей. Он глядел на меня и на учиненный беспорядок выпученными глазами. Затем приметил учеников своей гильдии и сжал пальцы в кулаки.

— Только не говорите, что тоже бунтовали! Бесстыдники!

Парни в черной униформе понурили головы. Но нашелся безбашенный смельчак — мальчишка, похожий на птенца воробья. Он выпалил:

— Братство подмастерьев едино! Мы будем поддерживать друг друга и заставим всех уважать наши права! Нейт Марагас создал невыносимые условия, и вы это прекрасно знаете, нейт Рингер.

Ох, чувствую, участникам забастовки еще влетит от шефа.

Кокордия вскользь упоминала, что в гильдиях главы и их приближенные эксплуатируют подмастерьев и учеников. Условия труда на самом деле очень тяжелые. А потому недовольство выливается в беспорядки.

— Вернуться всем в общежития, — велел лекарь. — И больше ни слова! Иначе нейт Марагас покажется вам сущим добряком по сравнению со мной.

Люди стали расползаться кто куда, и вскоре на каменном пятачке осталось совсем мало народа. Ветер гонял туда-сюда скомканные листовки.

— Что будет с забастовщиками?

Рингер пожал плечами.

— Наверное, выгонят из гильдий. Бунтовщики нигде не нужны.

Да, ситуация.

Видно, что Рингер сочувствует парням, но сделать ничего не может.

И тут у меня возникла идея.

— Если нейт Марагас выгонит молодых лекарей, передайте им, что графиня Готар с радостью их примет. Обеспечит их обучение и трудоустройство.

Мужчина посмотрел на меня с изумлением.

— Вы не шутите?!

— Я похожа на шутницу?

— Нет-нет, простите, что вы, — неловко заулыбался он. — Просто слышать это неожиданно. А знаете, я сейчас подумал о временах, которые не застал. Тогда простые лекари и маги-целители вместе изучали анатомию человека, поддерживали друг друга. Ваш прадед, Блавар Готар, внес большой вклад в наше общее дело. Но с тех пор многое изменилось.

— Еще не вечер, — я улыбнулась. Мне был приятен этот открытый, шумный, слегка неуклюжий человек. — Не надо думать, что все хорошее позади.

— Когда вы говорите, невозможно вам не верить. Нейра! — спохватился он. — Я интересовался у мастера Креца вашим заказом. Он будет готов совсем скоро.

— Чудная новость, очень кстати. У меня много работы, а без инструментов как без рук.

И это сущая правда. Случись что серьезное, мне пациента кухонным ножом резать?

— Но это еще не все, — Рингер поднял вверх палец и лукаво сверкнул глазами. — Я тоже готовлю для вас маленький подарок. Уверен, он вам пригодится.

Рингер, хитрец этакий, заинтриговал меня — и в кусты. А теперь вот гадай, что он такого приготовил.

Что ни говори, мне пока везет. Несмотря на проблемы и орду злопыхателей, людей душевных, положительных, мне встретилось больше.

Обратно мы двинулись только вечером. Пока я коротала время с нейтом Рингером, Коко беседовала с главой гильдии каменщиков. Вышла она усталая, с нахмуренными бровями, теребя в руках платок.

Уже за чертой города я спросила:

— Как все прошло?

— Глава мягко дал понять, чтобы мы не лезли в дела гильдий.

— Тю! Умные какие, — фыркнула я, вспоминая, что в моем мире гильдии тоже были мощными организациями со связями и деньгами.

Здесь, в Ринке, мастера активно влияли на городские власти, имели свое управление, суд и казну.