Планета отчаянья
Шрифт:
«Чинит передатчик… — мысленно повторил Горман. — Даже Бишоп…»
Ему было стыдно.
37
«С какой стороны они могут напасть?»
Рука Бишопа потянулась к синему проводку.
«Спаять здесь, присоединить к трансформатору… В сроки укладываюсь», — размеренно текли его мысли, и лишь одна, как компьютерный вирус, выскакивала то и дело из глубины… души? Программы? Неважно. Бишоп спрашивал себя, откуда можно ожидать нападения, и всякий раз после этого вопроса все остальное уплывало.
«Наверное, что-то сломано и у меня… Это очень неприятно, заметил Бишоп. — Надо будет провериться, когда вернусь. Если вернусь целым».
Темнота за городом сгущалась, но отсветы вызванного взрывом пожара и электрического зарева, пропущенные через рвущийся из поврежденных охладителей пар, прекрасно освещали панель передатчика.
Вообще пейзаж выглядел сейчас еще более фантастически, чем прежде, но любоваться им было некогда.
Особый колорит придавали ему ярко-голубые молнии, по неизвестной причине выписывавшие причудливые зигзаги вокруг наиболее высоких конструкций. Что-то творилось с комплексом, если не с самой природой: казалось, все вокруг дышало, вздыхало; где-то одиноко лязгал кусок металлической трубы, бьющейся в металлическую же стену, где-то стонала и всхлипывала рассыпающаяся аппаратура.
Бишоп ничего не замечал.
«Зачистить контакт… присоединить… закрепить, — скользили его мысли. — И все же интересно, с какой стороны могут напасть эти существа?.. О чем я думал перед этим? так, присоединить, закрепить… Потом проверюсь. Странно, почему я не могу определить, что это у меня сломалось — вроде бы я цел?..»
Искусственный человек продолжал работать, так и не поняв, что беспокоило его. Настоящие люди назвали бы такое состояние страхом…
А на корабле его стараниями челнок уже готовился к старту…
38
Этот участок лаборатории был отгорожен прозрачной стеной — Рипли специально выбрала его для Ньют как самый тихий уголок.
«Она, наверное, уже спит». Рипли направилась к кровати, ожидая застать там самую мирную их всех придуманных природой картинок — спящего ребенка.
Первый же взгляд на кровать заставил ее похолодеть.
Девочки не было.
Рипли закрыла глаза и снова открыла.
Никого.
«Она не могла никуда уйти… Я бы знала», — сердце Рипли бешено заколотилось; сказанные ею самою слова не успокаивали.
Мало ли, что не могла! Куда же она тогда подевалась?
Рипли затаила дыхание. Если здесь побывал Чужой и унес девочку, может, удастся в тишине услышать шорохи его движений.
«Нет, Ньют, не надо!» — взмолилась она, и тут же отогнала сразу все мысли: они могли помешать слушать.
В какой-то момент ее слух обострился настолько, что она услышала легкий шум выдыхаемого воздуха.
Ну конечно! У нее отлегло от сердца. Она могла поспорить, что это дышал во сне Головастик: равномерно, легко, тихо… Но куда она спряталась?
Рипли окинула взглядом лабораторные столы. Нет, где-то ближе…
Ну точно! Она нагнулась и заглянула под кровать.
Девочка лежала на полу, скрючившись и обняв головку Кейси. Согнавший напряжение и готовность удрать сон разгладил черты ее личика — теперь Ребекка выглядела совсем крошкой.
«Милая моя девочка!» — Рипли встала на колени и протиснулась под кровать, повинуясь внезапному сильному желанию обнять ее.
«Спит… А может, и мне прилечь на минутку? Что может случиться здесь? Ньют знает, что делает — моя маленькая учительница… Даже если Чужой придет, он нас не заметит…» — она уже и сама с собой говорила так, как обращалась бы к девочке.
Положив винтовку на кровать, Рипли пристроилась сбоку от Ньют и осторожно прижалась к ее крошечному тельцу. Ньют тихо посапывала.
«А как хорошо все же иметь возможность вот так прилечь… почти поддаваясь сну, сказала себе Рипли. — Ну хотя бы на одну минуточку…»
Ее глаза закрылись.
Действительно, замечательно лежать вот так, вдвоем, ничего не опасаясь… Ничего? Рипли заставила себя открыть глаза. Все-таки она заснула! Сколько прошло времени? Час? Два? Она окинула взглядом комнату. Пусть это формальность, которая ничего не дает, но все же…
Внезапно ей на глаза попалась деталь, вызвавшая шок куда более сильный, чем пару часов назад исчезновение Ньют. Можно было подумать, что в ее сердце и позвоночник разом воткнули пару дюжин иголок.
Прямо напротив кровати покачивалась на полу стеклянная банка.
«Нет, только не это!» — из воткнувшихся иголок в тело полился холод.
В таких банках сидели осьминогопауки!
Банка еще качалась: обитатель покинул ее несколько секунд назад.
Но где он?
Рипли приподнялась на локтях, напряженно всматриваясь в доступный для обозрения участок.
Никого.
Он здесь, но его не видно. Нет ничего хуже опасности, когда не знаешь, с какой именно стороны она грозит.
Осторожно, стараясь не делать резких движений, Рипли подняла руку и попыталась нащупать лежавшую на кровати винтовку. Это ей никак не удавалось, и тогда женщина осторожно привстала. Значит, это… Но времени на раздумья уже не осталось.
Рипли снова прислушалась.
Ничего, кроме тихого посапывания Ньют.
Дрожащей рукой Рипли схватила девочку за плечо. Глаза Ребекки открылись, и снова перед Рипли оказался дикий зверек, сразу же учуявший опасность.
На миг прижав палец к губам, Рипли привстала и снова выглянула из-за кровати. Почти сразу же перед ее глазами мелькнули оранжевые плети щупалец — маленькое чудовище поджидало совсем рядом и не замедлило прыгнуть!
Рипли среагировала не раздумывая: руки ее сами вцепились в одну из отвратительных конечностей и отшвырнули мерзкое существо в сторону.
— Ньют, беги!
Девочка выпрыгнула из-под кровати и проворно кинулась к стеклянно-пластиковой двери.
Осьминогопаук быстрым аллюром промчался по комнате и скрылся. Рипли вскочила на ноги и побежала вслед за Ребеккой.