Чтение онлайн

— Только не сейчас! — взмолился Игорь. — Мои чувства и так на грани.

Действительно, Ворона с ярко-накрашенными смазанными губами, в непривычном узком черном белье казалась по-новому загадочной, словно почти и не знал ее раньше.

Она легко поддалась, опрокинулась на ложе — узкое тело — одновременное и бледное, и черное, раскинутое на мягкой желтизне поролона, мазки багрянца на губах и шее. Ну не ведьма ли? Не зря поролоновые маты собирал, простыни бы еще к ним подобрать…

Не был бы мертвым, сдох бы еще раз. От переизбытка плотских ощущений.

Слегка насытились, требовался перерыв и глоток свежего воздуха. Игорь не торопясь, с наслаждением, одел любовницу. На вахте Валерик со смутной тоской глянул на великолепную гостью и спросил что такое: «тот, кто страдает от аброзии»?

На улице опять компанейски курили, причем сплошь знакомые физиономии.

— Вот они, физкультурники узкого профиля! Что-то скоротечно, и двух часов не прошло, — начоперот швырнул в урну окурок. — А тут, между прочим, тебя ждут-ждут…

— Не преувеличивай, Ваня, я тут минут пять, взволноваться еще не успела, — успокоила межпространственная гостья, оценивая вышедшую из дверей пару. — Нет, товарищи, по склону характера и биологической данности своего уникального вида, полноценно понять этого вашего обычая сексуалиться при малейшей возможности, я не могу, но увлеченность уважаю. Хобби, даже незамысловатое — великая вещь! Кстати, так тебе, Верка-Ника, гораздо лучше — шикарный экстерьер. Нужно тебя с ланон-ши познакомить. Обмен опытом и слюнями — великая вещь, как не устает повторять одна моя сведущая в подобных увлечениях подруга.

— Кто такие эти ланон-ши? — с обоснованным подозрением уточнила Ворона.

— Из наших местных лепотцов, которые отчасти сланые. Красивы, ехидны, вечно голодны. Может, вы и вообще родственницы. Только птичье имя тебе нужно поменять.

— Это с какой стати? — возмутилась полубогиня. — Мне и так хорошо.

— Чего хорошего в «вороне»? Не хочу никого обижать — но мерзкие же птицы, — Лоуд аж передернуло. — Трудно чайкой или уткой назваться? Если цвет важен, так можно «черным лебедем» или «пингвинкой». Приличные между прочим птицы, хотя и на птиц не похожи. Рыбу едят. Дело, конечно, твое, но ведь добрый совет даю. Впрочем, что это я с непрошенными советами лезу, я с совсем иным прилезть хотела.

Неугомонная странница полезла в карман своего песочного френча и выковыряла из-под клапана с непонятным орденом, сложенные листки бумаги:

— Списочек. Не то чтобы скромный, зато не срочный. Извини, Игорь Батькович, пришлось к тебе обратиться. У вас тут пока спокойно, может, подберете номенклатуру по мере сил.

Игорь просматривал список: в основном в нем значились инструмент и расходники. Оборотень в это время объясняла любознательному Вано обстановку в соседних реальностях, временах и планетах.

…— В общем началось. Ждали, ждали, и вот оно опять, нате, жрите. Считай, по всем фронтам. Мариэттка с мужем вам привет шлют, хотели наведаться, но дел невпроворот. Они вроде дипломаты, но нынче там что дипконсул, что пулеметчик — не отличишь, все в деле. Я даже удивилась — эта Психа на редкость шустрая и многоголовая тварь. Полный шмондец и звездные войны. Пиу-пиу! жжж! бам-бабам! Масштабы недетские. И что характерно, нынче лезут натуральные чубакки, только наглее. Мутации! Вскрытие показывает, — гостья потрогала внушительный нож на своем поясе, — что почти как люди, но ощутимо измененные. Три печени! Три! Нормальный человек одну пропить никак не может, а тут три! Таких тварей сходу не уложишь, употеть придется. Вот, последний раз штаны мне прожгли, — Лоуд оттянула многокарманные галифе, показывая пропалины. — Уроды! Что с моральной, что с внешне-эстетической точки зрения науки биологии. В общем, ждите, не теряйте бдительности.

— Жарко, значит? — вздохнул начоперот.

— Не то слово! И, понимаешь, в чем заковыка — нет же им собраться и устроить честный генеральный армагеддец. То там, то здесь, то здесь — то там! Никакого покою! — странница еще раз горестно пощупала штаны. — Зашить нужно. Понятно, я не такая боевая дура, чтоб под пули лезть и кирасу на груди рвать, у меня другая специализация. Я вообще отдельного вида гуманоид, если на то пошло, и от Психи имею иммунитет. Но как не помочь? Связь, координация — все на нас. В общем, работаем. Пока у вас спокойно, может, поможете по списку на бытовом уровне, а, Игореха?

— Вопроса нет, — Игорь сложил список. — Все подберем, но учти, что у нас с координацией тоже не все гладко. Время нужно, с соседними постами связь — у нас район не всеми промбазами обеспечен.

— Так это понятно. Что я линейно время не выправлю, что ли? У нас же в чем самая поганая проблема — центральное снабжение на высоте, а отдельные эксклюзивные подразделения на отшибе оказываются. Вот мы как раз — эксклюзивное! Нам не отказывают, но пока по запросу оформят — сдохнешь и три раза околеешь, — Лоуд спохватилась. — Да, а деньги-то?! Я же хоть и сбоку, но совершенно официально, без всякого наглого попрошайничества и волонтерства, хвосты им всем поотрывать. Ага!

Странница отыскала нужные карманы и принялась вытаскивать лохматые пачки банкнот:

— Так, еще где-то… Тьфу, это потерянный склероз…

— Если склероз, то, наверное, рассеянный? — предположил Игорь. — Но у тебя маловероятен — ты морепродуктов много ешь. Говорят, предотвращает.

— Чего, пахнет от денег? Это семга. Вот такая жизнь, да, — где вечером упал, там и позавтракал. Никакой сервировки, да еще галеты эти проклятые. Кстати, ты там в списочек салфеток припиши. Желательно увлажненных, с запахом оливок. Не, не оливок… Чая, кажется. Точно, зеленого чая! — Лоуд принялась передавать пачки денег.

Здесь были рубли и доллары, червонцы времен НЭПа, турецкие лиры, фунты стерлингов, и иная валюта.

— Я извиняюсь, нам разбираться некогда, не наш профиль, — пояснила оборотень. — У вас тут обменники есть, уж наменяйте как-нибудь подходяще.

— Постараемся, — заверил Игорь, разглядывая пачку рейхсмарок. — В общем-то, мы и без этого всегда готовы помочь и изыскать резервы. Дело, как я понимаю, общее.

— Вот! Общее! А раз у нас пока деньги есть, так чего их не скинуть с обоюдной пользой? Мы-то бумажки обычно не берем — случайно попадают. Гру любит картинки разглядывать, фантазии фантазировать, да перерисовывать. Тренирует руку и иные художества, бездельник. Так, с грошами разобрались, список не забыла. Все, я побежала! Держитесь, товарищи! Да, ты, Верка-Ника, погоняло все-таки меняй. Как это можно «вороной» добровольно называться?! Кстати, красная бижутерия тебе к лицу, в следующий раз жемчуг подгоню, очень подходящий. До побачення! Побежала!