Чтение онлайн

Теперь он стоит в пятидесяти ярдах от устроенной на «Николлет» пыточной камеры, глядя в чернильные воды Миссисипи, раздумывая, как, скажите на милость, искать неизвестно кого, живущего в кибернетическом мире и убивающего в реальном.

Посмотрев за реку, увидел миллион укромных местечек в кустах, под деревьями, среди камней, в густых тенях. Может, гад прямо сейчас там прячется, наблюдает за ним и ликует. Впрочем, вряд ли.

Детектив с глубоким вздохом бросил последний взгляд на воду и снова направился к полицейским машинам, выстроившимся в ряд на автомобильной стоянке. Сине-красные мигалки по-прежнему работали, освещая сбоку «Николлет» кроваво-лиловой радугой.

Наконец из толпы на борту выскочил Джино, нырнул под трепетавшие на ветру ленты, ограждающие место преступления, направился к нему. Одет с расчетом на мороз в длинную пуховую парку, меховую шапку, толстые вязаные перчатки. За ним следовали двое криминалистов из оперативной бригады с застегнутой на «молнию» сумкой для вещественных доказательств.

– Собираешься в антарктическую экспедицию? – поинтересовался Магоцци.

Джино сверкнул на него глазами:

– Надоело яйца отмораживать. Вслух скажу, у нас только октябрь! Где бабье лето? Богом клянусь, перееду на юг. Ненавижу этот замерзающий штат. Ненавижу зиму. На следующей неделе начнем на снегоходах кататься, а каждый раз, открывая дверь, выпускаешь тепла на сто долларов…

Магоцци прервал речь, которая длилась бы до весны:

– Итак, что мы имеем?

Джино испустил трагический вздох, окружив себя пушистым белым облаком:

– Все то же, все тоже. Кошмар адский. Что хочешь сначала услышать, слухи или факты?

– Слухи, конечно. Факты чересчур огорчительные.

– Ну, мэр кланялся, целовал Хаммонду задницу, извиняясь, если можешь поверить, за причиненные неудобства. Дурной сукин сын.

– Кто?

Джино невесело улыбнулся:

– Хороший вопрос. В данный момент могу ответить, что они взаимозаменяемы. Так или иначе, мэр быстро оправился от потрясения и, чтобы сохранить лицо перед главным спонсором своей избирательной кампании, открыто обвинил Фридмена и Макларена, которые, по его мнению, «допустили это ужасное происшествие».

– Шутишь?

– Нет. Политикан чертов, дерьмовая задница. Ну и наши друзья хороши. Просто молча стояли на месте и все это кушали.

– Господи Иисусе. Напомни, чтобы я им выписал сверхурочные и премию за риск, когда разберемся с делом.

– По-моему, лучше уж пару «Пурпурных сердец». [38]

Подняв глаза, Магоцци увидел сходившего с парохода Реда Чилтона с двумя своими сотрудниками. Даже обычно несокрушимый Ред выглядел более чем усталым. За все золото форта Нокс [39] Магоцци сейчас не поменялся бы с ним местами.

– Как дела у Реда? На пароходе я его даже не видел.

– Ну, ты же знаешь Реда. Мастер в сфере разрядки. Лично я думаю, зря талант пропадает. Ему надо быть дипломатом.

– Имеешь хоть какое-нибудь понятие, кто за это будет отвечать? Я имею в виду, когда все летит к чертовой матери, люди поинтересуются, почему тридцать вооруженных профессионалов, находившихся на месте и заранее предупрежденных, не сумели предотвратить убийство.

– У нас есть и хорошая новость. По словам Ананта, тот тип был убит задолго до того, как его обнаружили. Магнуссон во время обхода ни разу не упомянул о своем личном сортире. Крошечная конурка с раздвижной пластмассовой дверцей, которую каждый примет за чулан, за стенной шкаф. Конечно, незнание не оправдание… «Арго» и наши ребята все прощупали до прихода гостей. Но ни Ред, ни мы в тот сортир не заглядывали. Просто скрестили пальцы, понадеявшись, что в суете пронесет, если ты меня понимаешь.

Магоцци кивнул.

– Что тебе еще известно?

– Единственное, что мне точно известно: адвокаты Хаммонда просидят ночь напролет, составляя приблизительно пятьдесят два судебных иска. Не удивлюсь, если он в возмещение морального ущерба потребует недвижимость погибшего, которому хватило наглости оказаться убитым. Спорить, конечно, тут не о чем – Хаммонда предупредили, а он проигнорировал предупреждение.

Магоцци улыбнулся:

– Значит, сам будет ответчиком по нескольким искам.

Джино подмигнул:

– Просто, скажем, выяснит, кто его истинные друзья. Если они вообще у него есть. Черт возьми, я сам мог бы потребовать у него через суд компенсации – помогал Хелен готовить домашнее задание по истории, когда меня вызвали. Вдруг она завтра провалит контрольную? Жутко расстроится, оценки снизятся, не поступит в колледж, все наши затраты пойдут прахом. В любом случае, отставив в сторону политические интриги и судебные дела, наш дружок «Гримм с Косой» вместе с индусом много чего накопали. То же самое дерьмо – это я тебе говорю, не они, – пуля двадцать второго калибра в голову. Но одна новая черточка. У жмурика на руке свежий след от укуса. Совсем недавний. Получен за несколько минут до смерти.

– Жуть какая-то. Наш приятель начинает проявлять изобретательность.

– Угу, и я так подумал, поэтому заволновался, думаю, по укусу определим ДНК для идентификации, для сравнения и так далее, а потом Анант мне сообщил, что мертвец сам себя укусил.

– Что?

– Вот именно. Сам себя укусил своими кривоватыми зубами. Полное совпадение прикуса.

– Объяснишь, для чего он себя укусил?

– Слушай, время позднее, я устал и не хочу вдаваться в подробности. Рамбахан, как обычно, сведет воедино.

Магоцци взглянул за плечо партнера, увидев безошибочно узнаваемую гибкую высокую фигуру медицинского эксперта, расхаживавшего по наружной части палубы в развевавшемся расстегнутом пальто, склонив голову в поисках ключиков, о которых можно только гадать. Встретившись с доктором взглядом, он махнул ему рукой, подзывая к себе. Рамбахан предупредительно поднял палец, опять зашагал, и Магоцци обратился к Джино:

– Как идут опросы?

Тот хмыкнул, переминаясь с ноги на ногу на ледяном асфальте.