Сумерки времён
Шрифт:
Бой стих. Земля под ногами была усеяна обгоревшими трупами пауков и киборгов. Анжелика подбежала к Лужину. Его бронекостюм покрылся чёрной копотью и дымился, но Витязь защитил своего пилота.
Лю Син прошлась вокруг, осматривая врагов, и добила ещё шевелившихся киборгов.
Сейфир вышла из укрытия. Осматриваясь по сторонам, она заметила одно из головоногих чудовищ и громко разрыдалась. Женщина склонилась над головой, стала гладить её и приговаривать сквозь слёзы:
— Нет-нет милый! Что они с тобой сделали!
Китаянка подошла к ней и обняла за плечо.
— Ты его знала?
— Это Дэвид. Мой муж! Посмотри, что оно с ним сделало! — рыдала женщина.
Немногие выжившие пауки отступили в своё гнездо. На камень рядом с Луизой запрыгнула Марта. Она уцелела, хотя ей и крепко досталось.
Земля под ногами затряслась, а со свода посыпались камни и пыль. Откуда-то издалека, вместе с ударной волной пришёл раскатистый рокот грома — эхо чудовищного взрыва.
Оставаться в пещере не имело смысла, так как враг знал, где они прячутся. Собрав всё ценное, люди поспешили покинуть дом песчаников. Поднявшись на поверхность, они увидели вдалеке над холмами, там, где располагалась Омега, возносящийся в небо пылевой гриб.
— Матерь божья, это то, что я думаю? — вырвалось у Кирилла.
* * *
Процессорная Титана.
Всё вокруг содрогнулось. Омега затряслась, стены заходили ходуном. Часть конструкций и колонн рухнули на пол. Тёмная ментальная сила Эверсора внезапно пропала. Обессилевший Артём рухнул на пол. Боль постепенно утихала в его голове. Он чувствовал себя опустошённым и вывернутым наизнанку.
Прошло несколько минут. Майор открыл глаза. Мигали красные лампы аварийной тревоги. Слух возвращался медленно. Откуда-то издалека до него доносился неразборчивый голос. Постепенно он становился громче и громче.
— Тревога! Угроза разрушения станции. Радиационная опасность. Всему персоналу воспользоваться средствами индивидуальной защиты и следовать плану эвакуации. Тревога… — сообщал голос автоинформатора системы безопасности.
Титан был отключён, возможно, уничтожен. Что случилось? Непонятно!
«Визирь? Ты здесь?» — пытался он достучаться до бортового компьютера. Но было тщетно. Видимо электроника пострадала. Титан знал своё дело, когда устроил ловушку.
«Так что делать? Как его перезапустить?», — стал Артём лихорадочно вспоминать. Мучительно в голове всплыла инструкция перезапуска аппаратуры костюма.
Нащупав скрытую панель, он нажал нужные кнопки. Электроника подала признаки жизни, и перед глазами заморгали разные индикаторы.
«Ну же, давай!», — думал он. И… Сбой! Перед глазами высветилось сообщение: «Ошибка инициализации системы».
«Чёрт! Чёрт! Что же делать?» — соображал Белов. Вероятно, Титан не просто вырубил Визиря, но и взломал его системы, полностью нейтрализовав угрозу для себя.
Оставалось попробовать последнее средство!
Собравшись с силами, Белов подошёл к ближайшей колонне. На ней висела перекошенная табличка: «Высокое напряжение», а рядом болталась пара искрящихся оборванных проводов.
«Была не была! Клин клином вышибают», — подумал майор, схватил провода и замкнул их на броню.
Ударить током его не могло. Витязь защищал пилота в том числе и от такой опасности. Но вот если Титан заразил какой-нибудь дрянью, сильный разряд мог помочь вызывать жёсткий рестарт всей системы или вырубить её окончательно.
Вспыхнули индикаторы датчиков угрозы. Все системы отказали. Управлять костюмом стало тяжело. Артём разжал руки.
«Достаточно», — и стал ждать.
Секунд через тридцать Витязь полностью перезагрузился. Восстановилось изображение, а в голове прозвучал знакомый баритон:
«Командир, извини, кажется, я отсутствовал какое-то время».
Белов засмеялся. Он чертовски был рад слышать Визиря.
«Да, ты пропустил самое интересное! Я так рад тебя слышать! Как ты?»
«Системы работают штатно. Костюм нуждается в восстановлении. Командир, фиксирую возросший уровень радиации. Это опасно!»
«Давай сделаем то, зачем сюда пришли, и будем убираться! Где хранится диск Титана?»
Визирь помог найти нужную стойку. Артём с помощью ножей вскрыл защитную крышку и извлёк накопитель. Вся сумма знаний, всё, о чём думал Титан, умещалось в сравнительно небольшом кристалле алмаза.
«Сможешь обработать информацию с него?»
«Смогу. Но моя производительность значительно уступает Титану. Индексация и обработка всего массива займёт значительное время».
На груди костюма открылся лючок, в который майор вложил камень.
«Давай осторожно! Не подхвати оттуда какую заразу!»
«Да, командир. Обработка данных осуществляется через карантин. Будут ли предпочтения в приоритетах обработки?»
«Поищи. Должны быть записи, что случилось с Ральфом? Титан должен был следить за ним».
«Начал поиск…»
Артём осмотрелся по сторонам. Руки-манипуляторы неподвижно висели под потолком, и глаз Титана не светился. Вокруг продолжала мигать и пищать аварийная сирена.
«Командир, должен сообщить: инженер Ральф Розенберг погиб. Есть видеозапись с камеры наблюдения», — доложил Визирь.
Майор попросил показать её. Он увидел последние секунды жизни товарища и вспышку взрыва, в которой тот погиб. Трудно было это принять, но Розенберг сделал, пожалуй, единственно правильный выбор и до последнего оставался человеком.
«Что случилось? Почему работает аварийная сигнализация?»
«Внешние датчики Омеги зафиксировали взрыв».
«Покажи».
Артём увидел картинку с одной из камер наблюдения, как над вершиной ущелья вспыхнуло новое солнце и вырос ядерный гриб. Последнее, что успела запечатлеть камера — надвигающийся фронт ударной волны.
«Вот же ж! Давай убираться отсюда».
* * *
Окрестности Омеги.
Генри, закалённый ветеран корпуса морской пехоты, трясся, как липка. Ему было страшно и стыдно. Он бежал с поля боя и бросил своего товарища. В своей жизни он прошёл через многое: воевал, получал ранения, терял товарищей и сам убивал людей. Он видел смерть. Она не раз дышала ему в затылок. Но никогда раньше он не испытывал такого страха, какой внушала та штука в ангаре.