Чтение онлайн

Но вдруг в тишине раздается глухая вибрация.

Как будто из другого мира. Отрывок чужой реальности, вторгшийся в наш уютный кокон. Мы оба замираем. Его пальцы застывают на моей коже, тело подо мной становится твёрже, словно изнутри натянули струну.

Я затаиваю дыхание. Вибрация повторяется, приглушенная, но слишком отчетливая в этой хрупкой тишине. Мое сердце сжимается, как будто чувствует — сейчас все может измениться.

Поднимаю голову, встречаю взгляд Эмира. Он напряжён, сосредоточен, губы сжаты в тонкую линию. Он не говорит ничего, но мне и не нужно слов, чтобы понять — это звонок из мира, от которого мы сбежали. Напоминание, что счастье не всегда бывает бесследным.

— Эмир… — шепчу я, едва слышно. Он гладит меня по волосам, а затем осторожно поднимается, дотягивается до телефона. Я всё ещё лежу, не двигаясь, будто любое движение способно всё разрушить. Он смотрит на экран. Взгляд становится жёстче. Я чувствую, как напряжение внутри него усиливается. Еще осознаю, что в его руках мой телефон, а не его.

— Кто? — снова тихий вопрос с моих губ. Он медлит с ответом. И в этой паузе я понимаю: ничего не закончилось. Всё только начинается.

— Я даже спрашивать не буду, где ты шлялась! — шипит мама мне на ухо, больно таща за локоть в сторону моей комнаты. Её пальцы впиваются в кожу, будто хотят оставить след, чтобы я помнила. Я спотыкаюсь на пороге, пытаясь не упасть, но она не останавливается, словно боится, что я вырвусь и убегу.

Я не успеваю даже слова сказать. Стоило только появиться на пороге дома, только вдохнуть знакомый запах родных стен, как мама тут же вынырнула из кухни и с ледяным лицом утащила меня в коридор. В сторону. Подальше от чужих глаз.

Я знаю, что дома брат и отец, но судя по дополнительной обуви у входа, у нас были гости. Кто-то из важных. Кто-то, кому нельзя показываться на глаза.

Грудь сдавливает. Я чувствую себя не дочерью, не человеком, а ошибкой, которую нужно срочно спрятать подальше, пока не стало стыдно. В связи с событиями прошлого вечера, это чувство усиливается. Мне страшно.

В комнате она закрывает за нами дверь и только тогда отпускает локоть. Я рефлекторно растираю кожу, и уже хочу что-то сказать, но мама поднимает палец — резкий, угрожающий, как выстрел.

— Ты хоть понимаешь, что натворила? — шепот становится громче с каждым словом, набирает ядовитую силу.

А я стою молча, и сердце колотится так громко, что кажется его слышно на весь дом. Прикусываю губу, пытаясь подобрать хоть какие-то слова, которые смогут объяснить, оправдать, упросить понять. Кто-то ведь должен быть в этой семье на моей стороне, стать моей защитой. Хоть кто-то…

Но, глядя в глаза маме, понимаю — не она. Она не будет щитом. Она будет мечом. Будет стоять за спиной отца, повторяя его слова, даже если в душе что-то сжимается. Даже если ей самой больно, она не станет мне опорой.

Остаётся только Валид.

Он — мой брат. Он был мягче, терпимее. Иногда казалось, что он видит меня настоящую, а не ту, которую ему рисовали родители. Он знал, что я не безупречна, но не осуждал. Я всегда чувствовала, что ему не всё равно. Но сейчас… я не представляю, как он отреагирует, когда узнает обо мне и Эмире. О нашем никахе. О предательстве — так это будет звучать для них. О том, что я выбрала мужчину, с которым нас веками учили враждовать. И всё же, несмотря на страх, я не жалею. Потому что впервые в жизни я сделала выбор сердцем.

— Мам…

— Замолчи! — прошипела она. — Я тебя перед отцом и братом прикрыла. Сказала, что ты уехала к моей подруге, та, мол, приболела, просила консультацию, и ты по доброте душевной у неё осталась. Ты не представляешь, чего стоила мне эта ложь!

— Но я тебя об этом не просила… — вырывается у меня, слишком тихо, но достаточно громко, чтобы она услышала.

Мама резко поворачивается, ошеломленно глядя мне в лицо. Словно я не просто противоречу, словно плюю в душу. На её лице удивление, обида, боль и ярость в одном замесе.

— Что? — её голос дрожит. — Ты сейчас говоришь мне, что не стоило скрывать твоё отсутствие дома ночью? Ты хотела, чтобы отец и Валид начали паниковать, с ума сходить? Чтобы весь район знал, что твоя мать не может уследить за дочерью? Чтобы нас позором покрыли?!

Я сжимаю пальцы в кулаки, пытаясь справиться с паникой. Ненавижу, когда начинают давить на чувство вины. Сразу хочется оправдаться. А еще вот это «паниковать»…. Если Валид и папа начнут наводить суету, поднимут всех. С одной стороны мне нужно быть благодарной маме, но с другой.… Хочется ответить за своим поступки.

— Но я взрослая. Мне уже давно есть восемнадцать. Я сама несу ответственность за свою жизнь. Я почти закончила университет. Я стану врачом…

— Врачом?! — мама вскидывает брови, хмыкнув так пренебрежительно, что у меня внутри что-то ломается. — Врачом ты станешь, если тебе позволит окончить университет муж.

— Муж?.. — Я замираю. Сердце обрывается, падает куда-то вниз. Первым приходит страх: неужели узнали? Но по выражению её лица понимаю — не про Эмира.

— Да, муж, — мама вздыхает тяжело, будто сама не верит в происходящее. — Сейчас с твоим отцом и братом беседуют сваты. Пришли люди из семьи Дайсарова.

У меня подкашиваются ноги. Я молча опускаюсь на край кровати, не веря в услышанное. Семья Дайсарова. Те самые. Отец давно мечтал породниться с ними. Он даже предупреждал меня: "не влюбляйся не в тех, твоё будущее уже решено." Но я наивно думала, что разговоры — это просто разговоры. Что у меня ещё есть время. Ошиблась. И теперь у меня есть муж, но не тот, кого пришли сватать.

— Рания? — в комнату заглядывает Валид. Увидев меня, улыбается тепло, по-семейному. — Пойдём, поздороваешься с гостями.