Чтение онлайн

Допусти отказ хоть один из этих механизмов – позволь космическому лучу отклониться хотя бы на долю градуса… Курта передёрнуло при мысли о луче чудовищной мощности, врезающемся в планету – например, в город. Но механизм никогда не подводил – и не подведёт. Он безотказен. Как далеки те дни, когда станция заряжала чудовищные батареи конвертеров, затем увозимые на внешние миры громоздкими космическими кораблями.

Поистине энергия бесплатная, лёгкая, изобильная. Энергия, передаваемая на миллионы миль по принципу сфокусированного луча Аддисона. Бесплатная энергия для развития ферм Венеры, шахт Марса, химических заводов и холодных лабораторий Плутона.

Там же, в рубке управления, находились и прочие, не менее важные механизмы. К примеру, атмосферная машина, поддерживающая правильный состав воздуха, расходуя баки с жидким кислородом, азотом и другими газами, что доставлялись через космос с Венеры ежемесячным кислородным кораблём. Холодильная установка, гравитационная машина, агрегат синтеза воды.

Крейг услышал скрип шагов Крипи на лестнице и повернулся к двери, когда старик вразвалку вошёл в комнату.

Брови Крипи нахмурены, а лицо напоминало грозовую тучу.

– Что опять не так? – спросил Крейг.

– Чёрт возьми, – рявкнул Крипи, – ты должен что-то сделать с Растусом.

Крейг усмехнулся.

– Что стряслось на этот раз?

– Он украл мою последнюю бутылку с выпивкой, – запричитал Крипи. – Я берёг её для медицинских целей, а теперь её нет. И он единственный, кто мог её стянуть.

– Я поговорю с Растусом, – пообещал Крейг.

– Однажды, – пригрозил Крипи, – я рассвирепею и всыплю этому чёрту по первое число. Он стащил у меня уже пятую бутылку спиртного.

Старик горестно покачал головой, пошевелив усами, как у моржа.

– Как всё остальное, за вычетом Растуса? – спросил Крейг.

– Земля только что зашла за Солнце, – сказал старик. – Станция Венеры приняла нагрузку на себя.

Крейг кивнул. Рутина. Когда одна планета отрезалась Солнцем, подстанции ближайшей планеты брали на себя дополнительную нагрузку, перенаправляя её часть на станции зашедшей планеты, поддерживая их, пока передача снова не восстанавливалась.

Он встал с кресла и подошёл к иллюминатору, вглядываясь в пыльные равнины. У близкого горизонта быстро двигалась точка, казалось, перепрыгивая через мёртвые серые пустоши.

– Кнут возвращается! – крикнул он Крипи.

Крипи заковылял к двери.

– Пойду встречу его. Как только вернётся, мы с ним сразимся в шашки.

Крейг рассмеялся, испытывая облегчение от появления Кнута.

– Сколько же партий в шашки вы с Кнутом сыграли? – спросил он.

– Сотни, – гордо заявил Крипи. – Он мне не противник, хотя думает иначе. Я регулярно даю ему выигрывать, чтобы интерес поддержать. Боюсь, он бросит играть, если я буду выигрывать так часто, как мог бы.

Он направился к двери, но обернулся.

– Но сейчас моя очередь выигрывать. – Старик усмехнулся в усы. – Задам ему первоклассную трёпку.

– Сначала, – сказал Крейг, – скажи ему, что я хочу его видеть.

– Конечно, – ответил Крипи, – и смотри не проговорись ему, что я даю ему выигрывать. Он разозлится.

Крейг пытался уснуть, но не мог. Он был встревожен. Ничего конкретного, ведь, казалось, и поводов для беспокойства не имелось. Маячок, установленный на крупный разлом, показывал, что тот медленно движется – на несколько футов в час или около того – в направлении от центра. Других крупных разломов детекторы не обнаруживали. На данный момент всё, казалось, находилось под контролем. Просто мелочи. Смутные подозрения и догадки – обрывки, не желавшие складываться в общую картину.

Кнут, например. С Кнутом, разумеется, всё было в порядке, но, разговаривая с ним, капитан что-то почувствовал. Тревожное ощущение, и от него волосы вставали дыбом на затылке, а по спине бежали мурашки. И ничего такого, за что можно ухватиться.

Ещё Пейдж. Чёртов дурак, вероятно, попытается тайком выбраться и поймать несколько Свечей, и тогда начнётся сущий ад.

Странно, что вышли из строя оба радиопередатчика Кнута – и в скафандре, и в прыгуне. Их словно выжгло мощным всплеском энергии. Кнут не мог этого объяснить, да и не пытался. Просто пожал плечами. На Меркурии постоянно происходят странные вещи.

Крейг оставил попытки заснуть, сунул ноги в тапочки и пересёк комнату, подойдя к иллюминатору. Движением руки поднял шторку и выглянул наружу.

Свечи катались вокруг. Внезапно одна из них материализовалась в чудовищную бутылку виски, поднялась в воздух, наклонилась – жидкость полилась на землю.

Крейг усмехнулся. Либо старина Крипи оплакивал потерю последней бутылки, либо Растус прокрался к тайнику, чтобы сделать ещё глоток.

В дверь осторожно постучали, и Крейг резко обернулся. Замер, прислушиваясь, словно ожидая нападения. Потом тихо усмехнулся. Точно, шалят нервишки. Пожалуй, выпить не помешает.

Стук повторился, уже настойчивее, но всё ещё с опаской.

– Войдите, – крикнул Крейг.

В комнату бочком протиснулся Старина Крипи.

– Я уж думал, вы спите, – сказал он.

– В чём дело, Крипи? – И Крейг почувствовал, как снова напрягается. Нервы совсем ни к чёрту.

Крипи подался вперёд.

– Кнут, – прошептал он. – Кнут обыграл меня в шашки. Шесть раз подряд! У меня не было ни шанса!

Смех Крейг взорвался в комнате.

– Но ведь я всегда его обыгрывал, – настаивал старик. – Я даже нарочно поддавался время от времени, чтобы ему было интересно со мной играть. А сегодня я настроился разделать его в пух и прах…

Лицо Крипи исказилось, усы затряслись.

– Но это ещё не всё, чёрт побери! Я почуял – что-то изменилось в Кнуте, и…

Крейг шагнул к старику, ухватил за плечо.

– Знаю, – сказал он. – Прекрасно знаю, что ты почувствовал. – Он снова вспомнил, как зашевелились у него самого волосы на голове, когда он разговаривал с Кнутом всего несколько минут назад.

Крипи кивнул; блёклые глаза моргали, кадык ходил ходуном.

Крейг круто развернулся на каблуках, схватил рубашку, сбрасывая пижамную куртку.