Чтение онлайн

Человек шагнул вперёд, и Крейг отступил, руки легли на рукояти пистолетов. Но, вытащив их наполовину, он замер: человек исчез. Просто исчез. Ни клуба дыма, ни предваряющего мерцания распадающейся материи. Человека просто не стало. А на его месте покачивалась большая синяя Свеча.

Холодный пот выступил на лбу Крейга и потёк по лицу. Он понял, что подошёл очень близко к смерти – возможно, к чему-то худшему, чем смерть. Резко развернувшись, он помчался к прыгуну, рванул дверь, бросился к пульту.

Растус взвыл:

– В чём дело, босс?

– Возвращаемся в Центр! – крикнул Крейг. – Старина Крипи там совсем один! Господи, что с ним случилось – что с ним случится!

– Но, босс, – взвизгнул Растус, – в чём дело-то? Кто там был, на земле?

– Кнут, – бросил Крейг.

– Но мистер Кнут там, в Центре, босс. Я знаю. Я его своими глазами видел.

– Кнута в Центре нет, – отрезал Крейг. – Кнут мёртв, и лежит у разлома. А в Центре – Свеча, притворяющаяся Кнутом!

Крейг гнал как безумный; ледяные когти страха охватывали его.

Дважды он едва не поплатился: один раз, когда прыгун подскочил на глубоком заносе пыли, другой – когда пронёсся по луже расплавленного олова.

– Но Свечи так не могут, нипочём не могут, – бубнил Растус. – У них ничего толком не выходит. Каждый раз пробуют во что-то обратиться и обязательно портачат.

– Откуда ты знаешь? – рявкнул Крейг. – Откуда ты знаешь, что они не смогли бы, если б захотели? А если смогли бы и захотели использовать это против нас, думаешь, дали бы нам увидеть? Все эти годы они изо всех сил усыпляли нашу бдительность. Пытались убедить нас, что они просто шайка добродушных клоунов. Это, мой мальчик, психология высшей пробы.

– Но зачем? – не унимался Растус. – Зачем им это? Мы ж их никогда не трогали.

– Спроси чего полегче, – мрачно отозвался Крейг. – Лучший ответ – мы их не знаем. У них может быть дюжина причин – причин, нам не понятных. Причин, не понятных ни одному человеку, потому как они не укладываются в известное нам.

Крейг стиснул руль и бросил прыгуна вверх по скользкому от пыли склону.

Чёрт возьми, нечто, принявшее облик Кнута, и было Кнутом. Оно знало всё, что знал Кнут, вело себя как Кнут. Его манеры, его голос – и, казалось, оно даже думало, как Кнут.

Что может человек – что может человечество – против такого? Как отличить оригинал от двойника? Как узнать своего?

Нечто, вернувшееся в Центр, обыграло Крипи в шашки. Крипи внушил Кнуту, что они равны в игре, хотя знал, что может обыграть Кнута в любой момент. Но Кнут этого не знал – и тварь, притворявшаяся Кнутом, не знала. Вот она и села, и обыграла Крипи шесть партий кряду, к ужасу и смятению старика.

Это что-то значит или нет?

Крейг застонал и попытался выжать из прыгуна ещё хоть каплю скорости.

– Всё тот синий чертяка, – сказал Растус. – Шастал тут кругами, а потом исчез.

Крейг кивнул:

– Он был в разломе. Видимо, Свечи способны менять свою электронную структуру, чтобы существовать внутри разлома. Они заманили Кнута в разлом, прикинувшись людьми, возбудили любопытство, а когда он ступил в зону действия – атаковали. До нас в скафандре им не добраться, понимаешь: скафандр – это фотоэлемент, а они – энергия, и в такой схватке элемент всегда выигрывает.

Они и со мной такое попробовали. Одному Богу известно, что сделал бы разлом, шагни я в него, но, без сомнения, я стал бы уязвим – в четвёртом измерении или ещё как-то. А это им и нужно.

Взгляд Растуса скользнул к осколкам стекла на полу у койки.

– Эх, сейчас бы глоточек горячительного, – запричитал он. – Чуток стимулятора точно не помешает.

– Ловко они, – сказал Крейг. – Троянский конь в действии. Сначала взяли Кнута, потом попытались ухватить меня, а с двумя засланцами в Центре уже нетрудно добраться до тебя и Крипи.

Он с силой хлопнул ладонью по штурвалу, вымещая злость.

– И ведь вся прелесть в том, что никто бы не узнал. Кислородный корабль пришёл бы с Венеры, и люди на борту ни о чём бы не догадались – они встретили бы точь-в-точь нас. Никто бы не заподозрил. У них оказалось бы время – уйма времени, – чтобы осуществить всё задуманное.

– Как думаешь, босс, чего им надо? – спросил Растус. – Может, взорвать к чертям нашу станцию?

– Не знаю, Растус. Откуда мне знать? Будь они людьми, я ещё мог бы строить догадки – встать на их место и попробовать думать, как они. Но со Свечами такое не прокатит. С ними вообще ничего нельзя сделать, пока не поймёшь, что они такое.

– Зададим им жару, босс?

– Чем? – рявкнул Крейг.

– Дайте мне только бритву! – Растус воодушевился. – А лучше пару, чтоб в каждую руку. С бритвой я страшно опасный человек.

– Тут бритвами не обойтись, – хмыкнул Крейг. – И энергетическими пушками тоже – они ведь сами энергия. Мы можем палить по ним из всего, что у нас есть, а они просто впитают, посмеются над нами и попросят добавки.

Он пустил прыгун в занос, огибая край оврага, и рванул через пустыню.

– Первым делом, – объявил Крейг, – надо найти замаскированного под Кнута. Найти, а потом придумать, что с ним делать.

Но найти Свечу-Кнута оказалось легче сказать, чем сделать. Крейг, Крипи и Растус, облачённые в скафандры, стояли на кухне в Центре.

– Чёрт побери, – буркнул Крипи, – он же где-то здесь. Наверняка отыскал какой тайник, а мы проглядели.

Крейг покачал головой.

– Ничего мы не проглядели, Крипи. Мы обыскали всё от носа до кормы. Не осталось щели, куда можно забиться.

– Может, – предположил Крипи, – он смекнул, что игра окончена, и дал дёру. Выскользнул через шлюз, пока я караулил в рубке управления.

– Может быть, – согласился Крейг. – Я уже думал об этом. Вот рацию он разбил – это точно. Боялся, что вызовем подмогу, выходит, какой-то план у него был. И прямо сейчас он, возможно, этот план осуществляет.