Сердце Малого Льва
Шрифт:
спал в такой поздний час. Норки хотела немедленно все рассказать ему, даже постояла на
пороге... но потом решила подождать рассвета.
************************************************************
Лафред долго и потрясенно молчал. Он сидел, обняв колени, и не смотрел на нее. Синтия
набросила ему на плечи меховую безрукавку. Она не знала, что делать, и что еще ему сказать.
Он и так всё понял.
Сначала всё было прекрасно. Они обменивались энергией, она просто утопила его в своей
любви и нежности, а потом уже не могла остановиться. И вслед за энергией пошел обмен
информацией. Это было неизбежно. Такова цена любви.
Лафред был мудрее многих дуплогов, но даже он оказался не готов к такому потрясению.
Он увидел совсем другой мир, не страну за океаном, не примитивный загробный мир своих
мифов, даже не сказку. Он увидел райский мир совершенных существ, которые изучают его
народ и его самого как муравьев или термитов. Он увидел эту безмерную пропасть, которая
разделяет их с Синтией.
Она тоже хлебнула его жизни, но не самый страшный ее отрезок. Лафред молчал. Она
поцеловала его плечо, она поцеловала шкуру, которой его накрыла, она уткнулась в нее лицом.
– Считаешь, ничего этого не надо было?
– Наконец-то я узнал, кто ты, - вздохнул он.
– Ты бы не поверил, если б я сказала.
– Теперь понятно, почему ты задавала столько вопросов... Ну что? Всё выяснила, или еще
что-то хочешь изучить? Какое мое чувство?
– Я люблю тебя, Лафред!
– Брось... Любовь мы уже прошли.
– Не говори так! Ты, конечно, теперь знаешь, какие у меня были намеренья... но ты ведь
знаешь и другое. Всё изменилось, с тех пор как я увидела тебя.
– Я знаю, что скоро ты исчезнешь, Синтия. И, кто бы я ни был, даже царь Плобла и
Аркемера, я не смогу удержать тебя. Ты всего лишь мимолетный гость.
– Прости меня! Я не знала, что это будет вот так...
– Как?
– 201 -
– Так остро, так больно, так сильно! Я вцеплюсь в тебя и не выпущу, пока мой матрикат не
рассыплется на атомы!
Лафред обернулся и наконец посмотрел на нее.
– Лучше сразу начинай от меня отвыкать.
************************************************************
*************************************************
*********************************
Эдгар огляделся. Эту виллу на окраине Рамтемтим-эо и этот бассейн он уже видел. Он
плавал в нем с Бугурваалем и любовался на ночные звезды. Оказалось, это дом его любовницы.
Кантина была тогда где-то рядом, может даже, за стенкой!
– Привет, - улыбнулась она.
– Привет, искусительница, - он огляделся, - где твой Бугор?
– Он раньше ужина не появится. А может, вообще не появится.
– Второй вариант мне нравится больше.
– Мне тоже.
Она тряхнула волосами и пошла, качая бедрами, к дому. Эдгар последовал за ней.
– Ты голодный?
– Сексуально.
– А желудочно?
– Несравненно меньше.
– А я приготовила рабснигортрокисов в икорном масле. Я даже сама их почистила по
такому случаю!
– Ты меня балуешь, дорогая! Представляю, как ты меня любишь!
– Ж-ж-жуть, - рассмеялась зеленая красавица.
Эдгар схватил ее за бедра и потянул назад, к бассейну.
– Подождут твои рабснигортрокисы!
– Эд!
– Солнце еще высоко...
Он прижался к ее горячей спине, поймал рукой нежную мякоть ее груди и понял, что до
воды им уже не доползти. Это было прямо какое-то безумие изголодавшейся плоти.
– Тебе не кажется, что мы всё перепутали?
– смеясь спросила Кантина, когда они наконец
свалились в воду, - раньше мы сначала раздевались, потом ныряли, а потом занимались
любовью. А теперь всё в обратном порядке!
– Что ты говоришь? Какой я стал рассеянный!
– Между прочим, на мне новое платье.
– Это платье? А я думал - это купальник!
Они хохотали и барахтались в лазурной воде, знойное белое солнце висело в зените,
одуряюще пахли цветы на ухоженных клумбах, и сыто поквакивали вездесущие лягушки. Эдгар
вспомнил про обещанных рабснигортрокисов в икорном масле и еще о чем-то очень приятном
и обнял подплывшую к нему Кантину...
– Мама! Что ты делаешь?!
– услышали они, так и не успев поцеловаться.
На краю бассейна появилась совершенно сказочная зеленая девочка с золотыми
кудряшками. Она была совсем крохотная: у лисвисов вообще дети рождались мелкими, как
ящерки, и долго росли.
– Я... мы купаемся, детка, - слегка смутилась Кантина.
– Одетые?!
– изумилась кроха.
– Понимаешь... дядя не умеет плавать. Он упал в воду, а я прыгнула, чтобы его вытащить.
– А-а-а...
Репутацию распутной мамаши надо было срочно спасать.
– Тону!
– завопил Эдгар и убедительно пошел на дно.
– 202 -
Кантина довольно быстро подхватила его за ворот рубашки и подтащила к лесенке. Шумно
дыша, он выполз на сушу, закашлялся и измученно застонал.
– Почему дядя белый?
– спросила девочка.
– Потому что захлебнулся.
– Ему плохо?
– Да-да, ему плохо.
– А если я утону, я тоже буду белая?
– Аола, - в голосе Кантины послышалось раздражение, - почему ты, собственно, не спишь?