Свадебное проклятье
Шрифт:
Казалось, ко всем троим младшим Мейли Алекс относится одинаково, и стало огромной неожиданностью, когда через несколько лет после первой несостоявшейся свадьбы он сделал мне предложение.
Оно было традиционным: через родителей. Точнее, даже через одного отца. Тот, тоже в своем обычном репертуаре, вызвал меня к себе в кабинет и объявил, что директор Браун ко мне посватался, он дал свое согласие, дату свадьбы можете обговорить сами. И вышел.
Хлопая глазами, я уставилась на вскочившего при моем появлении очень смущенного мужчину. Я даже подумала…
— Дядя Алекс, это ОН вас заставил?!
— Что? Кто? — Директор издал неловкий смешок. — Ну что ты, Эбигейл, нет, конечно! Ни в коем случае!
— Но тогда… что?
Хотя Алекс Браун был моложе отца, я всегда относилась к нему как папиному ровеснику, а не как к мужчине, годному для создания семьи. Невысокий, крепкий, с улыбчивыми светлыми глазами, залысинами у висков, аккуратно, неброско, но дорого одетый, он казался полной противоположностью моему родителю — спокойный, рассудительный, добродушный, постоянно сглаживавший острые углы не только в застольных беседах, но и наверняка в бизнесе. Пришлось совершенно другими глазами взглянуть на мужчину, сейчас неловко объяснявшегося в любви — пусть не только ко мне, но и к моему приданому, к упрочению собственного положения в компании (я не видела в этом ничего зазорного, воспринимая всё как часть себя, вроде моих голубых глаз и неплохой фигуры).
Теперь я понимаю, что была еще сущим ребенком, растерянным, впервые столкнувшимся с большой бедой и беспричинной людской ненавистью, а потому инстинктивно искавшим себе надежную опору и защиту. То, чего не смогла найти в собственной семье. Брат с сестрой были слишком молоды, отец безмолвно укорял меня в сорвавшейся «сделке столетия», свадьбы с Дином (вернее, с семьей Линху), мама только и могла причитать над моей несчастной долей. А «дядя» Алекс взял и предложил мне свою заботу, спокойствие, и… убежище. Безопасность.
Словом, через несколько дней я была уже помолвлена. Свадьбу решили провести поздней осенью, когда в Сейко вернутся бежавшие от раскаленного чада мегаполиса в пригороды и на морское побережье знакомые, друзья и родственники.
А что было бы, проведи мы церемонию и регистрацию сразу же, не дожидаясь многочисленных гостей, скромно и тихо? Неизвестно. Человеческая жизнь, как и история человечества в общем, не знает сослагательных наклонений…
Если сейчас порыться в памяти… а ведь Захария и после первой и после второй моих катастрофических помолок всегда был рядом. Но тогда я воспринимала его просто как некий фон, привычную домашнюю обстановку. А если уж Лэй что и говорил, все его слова утешения — как раздражающую помеху моему горю (что он, что все вокруг могут вообще понять?!). Или наоборот бередил мои раны, погружая в еще большую тьму отчаянья. Да, все-таки выражение сочувствия, моральная поддержка — не самая сильная сторона блистательного маминого секретаря. Лучше бы и не брался.
Или сходил на какие-нибудь специальные психологические курсы.
Вот и сегодня, когда он вдумчиво перечислял то, что я пережила в ночь похищения… Брр! Я зябко передергиваю плечами, наконец поднимаюсь с дивана и иду проверять, везде ли включены светильники.
Вспоминаю о запланированном звонке моему теперь крайне подозрительному жениху только поздним вечером, почти ночью. С сомнением кручу мобильник: может, Чэн уже спит? Такие трудолюбивые бизнесмены, болеющие за свое дело, наверняка поднимаются еще до рассвета…
Ну что ж, тогда созвонимся завтра.
Или на неделе.
Не забыть угостить его ужином!
Может, пригласить его в ресторан, где мы сегодня были с Захарией? Или не стоит портить впечатление от приятного места, а то мало ли как обернется «благодарственный» ужин …
Какая-то слишком уж насыщенная началась у меня социальная жизнь!
Вдобавок еще и с криминальным душком.
ГЛАВА 9. Услышь меня
С богом я перестала общаться после второй несостоявшейся свадьбы — если всевышний допускает такое, он просто не имеет право на существование! Пусть даже на существование лишь в моей голове, как утверждают атеисты…
Впрочем, люди в Сейко очень легко меняют религию: например, переехав на улицу, большинство жителей которой ходят в местную католическую церковь, заядлый буддист охотно составит им компанию для поддержания добрососедских отношений. И просто ради общения.
Да и во все века наша страна славилась мирным сосуществованием самых различных вер, сект и культов. Захотелось тебе вдруг поклоняться и приносить дары скале, похожей на какое-нибудь животное: да как пожелаешь! Еще и сочувственно выслушают твое толкование божественной или духовной сущности и покровительства того самого камня. А потом втихушку и сами подношение принесут: ну а вдруг! Говорю же, мы, жители Сейко, очень суеверны.
До такой степени, что при любом важном событии в жизни (государственном экзамене, поиске работы, браке, планируемом зачатии или рождении первенца, и тому подобном) не только истово молимся в храме и семейным предкам-покровителям, но и спешим к предсказателю — погадать, заглянуть хотя б краешком глаза в будущее, получить напутствие или чудодейственный талисман…
Вот и Вивьен, несколько лет терпеливо ждавшая предложения от своего адвоката и радовавшаяся наконец состоявшемуся событию до умопомрачения, внезапно засомневалась — а тот ли он, кто на самом деле предназначен ей Небесами, правда ли именно с ним связана она Красной нитью судьбы? На все наши уверения, что парень как раз тот самый, изучен ею вдоль и поперек и подходит по всем статьям («положителен до жестокой зевоты», оценивает легкомысленная Санни), подруга лишь с сомнением качает головой, поджимает губы и тяжко вздыхает.
Ну и какой из всего этого выход? Разумеется, обратиться за советом к высшим силам!
То бишь к шаману.
Но так как идти туда одной боязно и неудобно, нужна поддержка верных подруг. Я очень надеялась как-нибудь увильнуть от этой великой миссии, но Санни внезапно свалилась с температурой, девушки надавили на мою совесть, долг и дружеские чувства, и…
И вот я здесь.
Разуваюсь на входе, раздражённо ворча: «Вивьен, ну куда ты поперлась, в самом-то деле? Девушка с высшим образованием, убежденная атеистка, сама ведь постоянно говоришь, что за детские глупости? Тебе нужна помощь психолога, а не предсказателя!»
Подруга шикает на меня (вдруг хозяин услышит и обидится!), делает щенячьи глазки и молитвенно складывает руки. Обреченно вздыхая, плетусь следом за шелестящий занавес.
Шаман (или шаманка?) приветствует нас кивком, указывает сложенным веером на разноцветные подушки перед древним низким расписанным столиком. Все-таки мужчина, решаю я, усаживаясь. Просто по извечной традиции при обряде мужчина переодевается в женщину, а женщина наоборот — наверное, чтобы потом остаться неузнанными для мстительных вызванных или, наоборот, изгнанных духов. Вот и у этого шамана черным жирно подведены глаза, намалеван румянец и щедро накрашен рот, надеты скрывающий волос колпак с колокольчиками, женская блуза и юбка.