ЛЮБЛЮ
Шрифт:
ре, пришли взрослые ребята, прогнали, а мяч разрезали ножом. Он
рассказал ещё и о том, что его другу взрослые ребята сделали на но-
су «сливку».
– Пойдём, покажешь их, – решительно сказал Максим и они,
вместе с Назаром и Великим, пошли на школьный двор.
Ничего не подозревая, по школьному двору, покуривая и время
от времени давая шутливо друг другу пинки под зад, слонялось пятеро
подростков. Хорошо разглядев их из-за забора, Максим всех узнал.
Мяч, как выяснилось, разрезал Луняев, бывший их одноклассник, а
«сливку» сделал Маслов, тоже учившийся вместе с ними один год, в
восьмом классе.
Все подростки, включая «Маслёнка» и «Луню», были учащими-
ся местного ПТУ и в последнее время стали настоящей грозой района.
«Маслёнок» – тот просто считал себя некоронованным королём, о
чём Максиму не раз сообщали сверстники, удивлявшиеся тому, как
новосёл сумел так скоро освоиться, да сколотить шайку, подмявшую
под себя всех.
Максима, в отличие от сверстников, всё это мало заботило. Он
не обращал внимания на их рассказы, считал, что с подростковыми
распрями и разборками давно покончено. Оставив всё это в прошлом,
он спокойно ездил в техникум, возвращаясь, шёл на голубятню и
знать ничего не желал. Его давно не интересовало, кто с кем подрался,
кто кому набил «морду». Но этот случай был особый, исключитель-
ный, обидеть мальчишек, да ещё и разрезать мяч – в этом было что-то
запредельное, то, что оставить без внимания, а точнее без наказания,
Максим не мог.
Маслёнок появился недавно, четыре года назад построили но-
вый дом и в школу пришли «новобранцы». Всем им, тогда же, показа-
ли их место, и лишь Маслёнок избежал этой участи, так как Максим с
– 425 –
Назаром взяли его под своё крыло. Был он жалким на вид, но физиче-
ски достаточно крепким. Назар предлагал Максиму взять Маслёнка в
друзья, но в том обнаружилось до того много чрезмерной услужливо-
сти, что все разговоры о дружбе как-то сами собой, без объяснений,
закончились.
Закончился и восьмой класс, в котором они учились, Назар с
Максимом поступили в техникум, ездили на занятия в центр города и
практически исчезли со дворов и улиц. А Маслов, поступив в бли-
жайшее профтехучилище и заведя там новых друзей, стал во дворах и
на улицах полным хозяином.
Маслов и сам был не из слабых, а если учесть, что впятером
нападали на одного, то станет ясно, что и тех немногих, кто попро-
бовал поднять голову, он урезонил и отбил всяческую охоту ему
противостоять.
Недовольство Масловым росло, но никак не разрешалось и ни
во что не могло вылиться. Все чего-то ждали, выгадывали. Взрослые
надеялись на то, что его посадят в колонию или призовут в армию.
Подростки, из непокорных, на то, что окрепнут и сами смогут за себя
отомстить, подловив обидчика без друзей.
В Маслёнке, между тем, накопилось столько высокомерия, что
встречаясь с Максимом на улице, он проходил мимо, как незнакомый,
а иной раз так даже поглядывая с чувством превосходства. Максима
это никак не задевало и ничего, кроме снисходительной улыбки, в нём
вызвать не могло. Внимания и дружбы Маслова он никогда не искал.
Оказавшись на школьном дворе и направляясь к Маслову, Мак-
сим ещё не знал, что он с ним и с Луняевым сделает, как накажет. Он
даже не думал о том, что их с Назаром только двое, а тех пятеро. Зато
об этом сразу же подумал Маслов и, не выдержав, тут же, с удоволь-
ствием стал потирать руки и улыбаться.
Он давно собирался поговорить с Максимом и Назаром, да всё
не выпадало удобного случая, а тут они сами пожаловали, идут выяс-
нять отношения. Что могло быть лучше подобной ситуации, дававшей
возможность одновременно сделать два дела. Хорошенько проучить
– 426 –
бывших покровителей, за то, что был вынужден в их покровительстве
нуждаться, а заодно укрепить свои позиции в глазах окружающих.
В том, что из окон близлежащих домов на них смотрят, он не сомне-
вался. Если теперь побьёт Максима, всё же пятеро против двоих, то
соперников не останется.
Но улыбался и руки потирал Маслов недолго. Ещё до того, как
Максим подошёл к нему, он заметил большое движение, происходя-
щее за решетчатой оградой школьного двора. От тех самых, близле-
жащих домов, из окон которых, как он предполагал, все со страхом и
трепетом будут следить за его расправой над Макеевым, на всех парах
бежали подростки. Бежали, на бегу подбирая камни с земли и те пал-
ки, что поудобнее и поувесистей. Некоторые из них, те, что пошустрее
и повзрослее, уже перебирались через ограду и спустя несколько
мгновений были способны принять участие в драке, и само собой, не
на его стороне.
Увиденное неприятно поразило Маслова, горше же всего было
то, что Максим их специально не звал, а явились они сами по себе.