Чтение онлайн

Мы провели еще один сеанс. Снова кашель, снова чёрный сгусток, и Виа исправно его поглотила.

[Устойчивость к черной хвори +1.5%]

И если Грэм провел еще один сеанс, то у Виа поглощения было закончено, потому что закончились те три процента эволюции. Дальше кормить ее хворью было бессмысленно.

Убрав миску в дом, я занялся душильником младшим. После сегодняшнего боя с пустотелым, мое взаимодействие с душильником-старшим повысилось, и это значительно снизило нагрузку на мое сознание, и я прямо чувствовал, что можно вернуть связь с душильником-младшим. Я достал его из корзины, прикоснулся, и в голове тут же натянулась связь.

Я дал душильнику живы ровно столько, чтобы активировать три процента эволюции. После этого я достал кувшин с соком железного дуба, смочил тряпицу и начал закалку. Хватило процентов эволюции ровно на четыре щупальца. Что, впрочем, тоже неплохо.

И уже после этого я занялся ментальными эликсирами.

Это была долгая и нудная работа. Перегонка заняла у меня почти четыре часа. Я выпаривал эссенции из тех немногих ментальных растений, что у меня были: чуть-чуть из думника, немного из сонника, ещё из синеголовника. Вышло три сгустка эссенции — меньше наперстка каждый, но они того стоили. Эти эссенции я планировал пустить в дело, если найду нужный рецепт ментального эликсира, а то, что они понадобятся я не сомневался — основные компоненты ментальных эликсиров схожи, а пока же пусть стоят и ждут своего часа. Завтра у меня будет свободен Анализ, и я смогу больше поэкспериментировать.

Оставшееся до ночи время я варил: сначала сделал две порции ментального эликсира ясного сознания — с побочкой, да, но он тоже завтра будет мне полезен, — а затем три партии эликсира восстановления, и всё.

Когда стемнело и я закончил с варками, то вспомнил про слезы ивы.

Достал бутылочку с темными маслянистыми каплями. Меня интересовало, насколько силен у них обезболивающий эффект. Я сделал глубокий порез на своей коже (далось это с трудом) и капнул каплю прямо туда.

И почти сразу почувствовал, как кожа вокруг ранки начала неметь. Холодное, тяжелое онемение растеклось по руке, и боль от царапины полностью исчезла. Я даже надавил — ничего, будто чужая рука.

Природное обезболивающее. Сильное.

— Дед, — окликнул я Грэма, — А вот это, — я показал бутылочку, — можно при закалке использовать? Мазать самые болезненные места перед нанесением сока? Шею там, или…

— Нет, — ответил Грэм, — Не выйдет.

— Почему? — удивился я.

— Потому что в первый день тело должно само бороться, — он приподнялся на локте. — В этом весь смысл закалки. Любое вмешательство сверху, любое онемение — и закалка сразу «просядет». Поэтому я и разрешал тебе использовать мазь только на второй-третий день, не раньше. Поверь, остальные в таком же положении, как и ты. Нужно терпеть.

Я разочарованно вздохнул.

— Но, — добавил Грэм, заметив мою кислую мину, — совсем другое дело обезболивающие эликсиры — те, что внутрь принимаются. Они на саму закалку не влияют — тело-то борется как надо, — а вот боль притупляют. С ними любую ступень пройти легче, но…

По этому «но» я всё понял.

— Но только их нам не достать, так?

— Да, они редки и стоят больше, чем мы можем себе позволить. — сказал Грэм. — Таких свободных денег у нас нет. Кроме того, может ты позабыл, но у нас долги были не только Трану и Джарлу. Так что едва я куплю оружие получше, нужно будет хорошо поохотиться и отдать их.

Я кивнул, понимая, что старик прав — долги лучше не иметь.

Однако я задумался о том, что как минимум несколько ингредиентов со свойствами обезболивания у меня есть, и похоже, что в скором времени надо поработать в этом направлении. Ведь следующий этап закалки должен стать намного болезненнее, а я помню как начиналась закалка с едким соком — боль была невыносимой, вплоть до потери сознания. Потом, правда, мое тело довольно быстро адаптировалось, но это уже другой момент. А может когда буду у Хабена (хочу не хочу, а мне придется к нему зайти) как раз порасспрашиваю про обезболивающие эликсиры и выпрошу осторожно посмотреть и подержать их. Узнаю сколько они стоят и заодно с помощью Анализа узнаю состав. Возможно получится «украсть» с десяток составов. Но к сожалению, не все рецепты, которые я знал мне пригождались. К примеру тот же рецепт противоядия или большого отвара восстановления пока так и не понадобились. От них вышло польза лишь для того, чтобы я мог сопоставлять разные рецепты и выявлять какие-то закономерности.

С этими мыслями я и приступил к самому неприятному делу на сегодня. К закалке.

Я разделся и взял неразбавленный сок едкого дуба. Сегодня я решил покрыть им все те места, которые обычно обрабатывал лишь ослабленной версией сока. Пора.

Я набрал сока на тряпицу, стиснул зубы и провел по лицу.

Боль обрушилась мгновенно, будто к коже прижали кусок раскаленного железа. Я стиснул зубы и втянул воздух чуть ли не рыча. Я и забыл как это больно — наносить чистый едкий сок на незакаленные в достаточной мере участки кожи.

Надо терпеть.

Я методично, участок за участком наносил сок туда, где раньше не решался. Тело горело, а пот катился градом. Но я терпел, дыша медленно и глубоко. Это не смертельно, надо просто перетерпеть самые болючие часы, и потом станет полегче.

[Закалка кожи (первый этап): 86%… 88%…]

Да, закалка пошла и, скорее всего, завтра она достигнет ста процентов.

Я довел дело до конца, нанеся сок на последний непокрытый участок и без сил опустился на лежанку, чувствуя, как всё тело пульсирует огнем. А через полчаса я просто уснул, несмотря на боль. Усталость от этого сверхнасыщенного дня давала о себе знать.

И этому забытию я был только рад.

Проснулся я рано, с первыми лучами солнца и всё равно позже Грэма.

Я осмотрел свое тело и отметил, что покраснения и припухлости от закалки конечно же еще не прошли. Едва я ткнул в кожу, как ощутил острую вспышку боли — похоже, двигаться придется с осторожностью. И всё равно до вчерашней боли было далеко. Минут пять-шесть я потратил просто на то, чтобы привыкнуть двигаться с этой болью.

Еще минут через пять я вышел во двор и зачерпнул воды напиться — горло за ночь пересохло. Стало сразу легче. Вдобавок, утренний прохладный ветер приятно обдувал тело в местах закалки.

На крыльце уже сидел Грэм с неизменной кружкой мятного чая. А рядом с ним пировал Седой. Зверек с невероятным аппетитом уплетал свежий сок едкого дуба и грыз серноцвет — видимо, Грэм расщедрился и выдал ему всё это с утра. Хруст стоял такой, будто кто-то камни перемалывал.

— Прожорливый стал, — заметил Грэм. — Раньше столько не ел.

— Ну так… Клык ему заново всё срастил, да и он предупредил, что нужно его кормить больше обычного.

Грэм кивнул, а я не спеша прошелся в сад.