Чтение онлайн

— Да что же это? — проговорилъ онъ, огорошенный смутнымъ сознаніемъ несообразности всего происшедшаго. Чортъ возьми!.. Того… Куда жъ ихъ?

Незнакомецъ провелъ рукою вдоль жилета, и будто чудомъ вс? пуговицы, къ которымъ обращался пустой рукавъ, разстегивались сами собою, потомъ онъ сказалъ что-то о своихъ ногахъ, наклонился, и видно было, что онъ возятся со своими башмаками и носками.

— Батюшки! — вдругъ воскликнулъ Гокстеръ. Да в?дь это совс?мъ даже и не челов?къ никакой! Просто пустая одежа!.. Глядите-ка! Черезъ воротъ-то все насквозь видно, всю подкладку, какъ есть! Руку можно просунуть.

Онъ протянулъ было руку, но какъ будто наткнулся ею на что-то въ воздух? и отдернулъ ее съ громкимъ крикомъ.

— Потрудитесь не совать мн? пальцевъ въ глаза, — произнесъ воздушный голосъ тономъ свир?пой укоризны. Въ сущности, в?дь я весь тутъ: голова, руки, ноги и все прочее; только такъ случилось, что я невидимъ. Случай очень непріятный, чортъ бы его побралъ, но оно такъ, и это не причина, чтобы всякій айпингскій болванъ могъ безнаказанно тыкать въ меня пальцами. Понимаете?

И пара платья, теперь вся разстегнутая и свободно вис?вшая на своихъ невидимыхъ опорахъ, остановилась среди комнаты, держа руки фертомъ.

Вошло еще н?сколько челов?къ, и стало т?сно.

— Невидимъ, ишь ты! — сказалъ Гокстеръ, игнорируя брань незнакомца. Да слыханное ли это д?ло?

— Оно д?йствительно странно, но все же это не преступленіе. Почему на меня вдругъ накинулся полицейскій?

— А! Ну, это особая статья, — сказалъ Джафферсъ. Конечно, васъ трудненько разгляд?ть при этомъ св?т?, но приказъ, — вотъ онъ, и все законнымъ порядкомъ. Кого тамъ видно, кого не видно, — это до меня не касается, а вотъ воровство — д?ло другое. Въ одинъ домъ забрались воры и стащили деньги.

— Ну?

— И обстоятельства, несомн?нно, указываютъ…

— Вздоръ и чепуха, — сказалъ Невидимый.

— Над?юсь, сэръ. Но я получилъ приказанія…

— Хорошо, — сказалъ незнакомецъ, — пойду. Пойду. Только безъ кандаловъ.

— Такъ полагается, — сказалъ Джафферсъ.

— Безъ кандаловъ, — р?шилъ незнакомецъ.

— Извините, — сказалъ Джафферсъ.

Вдругъ фигура с?ла, и прежде ч?мъ кто-либо могъ что-либо сообразить, туфли, носки и панталоны полет?ли подъ спитъ. Потомъ Невидимый вскочилъ и сбросилъ пиджакъ.

— Стой, этакъ не годится! — воскликнулъ Джафферсъ, вдругъ понявъ, въ чемъ д?ло. Онъ ухватился за жилетъ, жилетъ сопротивлялся, потомъ оттуда выскочила рубашка и оставила его, пустой и мягкій, въ рукахъ Джафферса.

— Держи его! — крякнулъ Джафферсъ. Коли онъ все сниметъ…

— Держи его! — закричали вс? и бросились на трепетавшую въ воздух? рубашку, представлявшую теперь уже посл?днее, что осталось отъ незнакомца.

Рукавъ рубашки ловкой оплеухой остановилъ Галля, который придвинулся было, разставивъ руки, и отбросилъ его назадъ, на стараго пономаря Тутстона; еще минута, — и вся рубашка приподнялась, судорожно задергалась и безсильно замахала повисшими рукавами, точь-въ-точь такъ, будто кто-нибудь снималъ ее черезъ голову. Джафферсъ вц?пился въ нее, но отъ этого она только скор?е снялась. Что-то изъ воздуха дало ему въ зубы, онъ выхватилъ свою дубинку и неистово ударилъ ею по макушк? Тедди Геяфрея.

— Берегись! — кричали вс?, колотя наобумъ и ни во что не попадая. Держи его. Запри дверь! Не выпускай! Я что-то поймалъ! Вотъ онъ!

Поднялось просто какое-то вавилонское столпотвореніе. Вс?мъ какъ будто доставалось одновременно, и Санди Уоджерсъ, со своей обычной сообразительностью и еще осв?женный кр?пкимъ ударомъ въ носъ головою, отворилъ дверь и началъ отступленіе. Остальные тотчасъ поваляли за нимъ и въ уголк? у двери происходила съ минуту страшная давка. Удары продолжались. У Фиппса, унитарія, былъ вышибленъ зубъ, а у Генфрея повреждено ухо. Джафферсъ получилъ пощечину и, обернувшись, поймалъ что-то, что отд?ляло его въ давк? отъ Гокстера и м?шало имъ сойтись. Онъ ощупалъ мускулистую грудь, а черезъ минуту вся куча борющихся, неистовство павшихъ людей вывалилась въ полныя народомъ с?ни.

— Поймалъ! — гаркнулъ Джафферсъ захлебываясь.

Онъ кружась пробирался сквозь толпу и, весь красный, съ надувшимися на лбу жилами, боролся съ невидимымъ противникомъ. Толпа отшатывалась направо и нал?во передъ удивительнымъ поединкомъ, который качаясь несся къ выходу и кубаремъ слет?лъ съ шеста ступенекъ крыльца. Джафферсъ вскрикнулъ задавленнымъ голосомъ, все еще не выпуская противника и сильно работая кол?нями, перекувырнулся и, подмятый имъ, со всего размаха ударился годовою о землю. Только тогда онъ разжалъ пальцы.

Раздались тревожные крики: «Держи его!», «Невидимка!» и т. д., и какой-то молодой челов?къ, никому изъ присутствующихъ незнакомый и имя котораго такъ и осталось неизв?стныхъ, тотчасъ бросился впередъ, что-то поймалъ, кого-то выпустилъ и упалъ на распростертое т?ло констэбля. Посреди дороги крикнула женщина, к?мъ-то зад?тая; собака, которую, повидимому, кто-то ударилъ, завизжала и съ воемъ бросилась во дворъ Гокстера, — т?мъ и завершилось прохожденіе Невидимаго. Съ минуту толпа стояла, изумленная и жестикулирующая, зат?мъ наступила паника и размела ее по деревн?, какъ порывъ в?тра разметаетъ сухіе листья. Но Джафферсъ лежалъ совс?мъ тихо, съ обращеннымъ кверху лицомъ и согнутыми кол?нями, у подножія л?стницы трактира.

Восьмая глава чрезвычайно коротка и пов?ствуетъ о томъ, какъ м?стный любитель-натуралистъ Гиббинсъ тихонько дремалъ себ?, лежа на широкой открытой дюн? и воображая, что вокругъ, по крайней м?р?, за версту н?тъ ни души, какъ вдругъ услышалъ совс?мъ рядомъ, какъ будто кто-то чихалъ и кашлялъ, и б?шено ругался про себя. Онъ оглянулся, но не увид?лъ ни кого. Т?мъ не мен?е голосъ звучалъ явственно и продолжалъ ругаться, съ разнообразіемъ и широтою, свойственными ругани образованныхъ людей, возвысился до крайняго прод?ла, потомъ началъ затихать и замеръ въ отдаленіи, направляясь какъ будто въ Абердинъ. Донеслось еще одно отчаянное чиханіе, и все смолкло. Гиббинсъ нечего не зналъ объ утреннихъ событіяхъ, но феноменъ, по своему поразительному и тревожному характеру, нарушилъ его философское спокойствіе; онъ посп?шно всталъ, сошелъ съ крутого холма и изо вс?хъ силъ заторопился въ деревню.

Предстаньте себ? мистера Томаса Марвеля: это былъ челов?къ съ толстымъ, дряблымъ лицомъ, цилиндрически выдающимся впередъ носомъ, влажнымъ, огромнымъ, подвижнымъ ртомъ и щетинистою бородою самаго страшнаго вида. Фигура его им?ла наклонность къ полнот?, и короткіе члены д?лали эту наклонность еще бол?е зам?тной. На немъ была опушенная м?хомъ шелковая шляпа, а частая зам?на недостающихъ пуговицъ бичевками и башмачными шнурками, въ самыхъ критическихъ пунктахъ его туалета, обнаруживала закорен?лаго холостяка.