Чтение онлайн

Союз с Южно-Американской и Османской Империями, а также место Председателя Наблюдательного Совета позволяли Вильгельму Оранскому создавать достаточное давление на Императора Бориса, чтобы затруднить ему полномасштабный силовой ответ на данную долговременную операцию. А она была рассчитана не на «блицкриг», а на десятилетия «просачивания» вперёд.

О чём мне успел за чашечкой чая поведать мой новый приятель Кайзер Вильгельм. Впрочем, практически ничего нового он мне не сказал, ведь всё то же самое ещё до этого объяснили и разложили мне Борис с Дмитрием. Кайзер только подтвердил их выкладки.

А ещё он выразил готовность поддержать меня в случае, если нынешний Великий Магистр… случайно по рассеянности перестанет дышать. А, если учесть, что больше трети всех задействованных для удержания Польши Магистром Паладинов были именно его подданными и вассалами, то поддержка Кайзера Германии становилась совсем не пустым звуком. Ведь, стоило до него дойти информации о том, что голова Оранского покинула своё законное место на плечах (а информация эта дошла почти мгновенно, зря что ли Алина вела съёмку всего процесса и поддерживала с Вильгельмом звонок по видеосвязи), как все Германские Паладины получили Приказ на немедленное оставление всех своих позиций в Польше и убытие… к границам Австрии.

Нет, Вильгельм изначально хотел ещё территории Венгрии и Чехии, но слишком сильно настаивать на этом не решился. Всё ж, всерьёз спорить с тем, кто только что пролез к тебе, в самое охраняемое здание страны через телефонную трубку — такое себе, малоперспективное занятие. Тем более, что Австрия, Словения и Хорватия — тоже очень неплохая прибыль от почти ничего не требующей от него лично операции. В конце концов, всегда лучше синица в руке, чем дятел в ж… кхм. В общем, не стал он спорить. Чехию, Словакию и Венгрию с Румынией я забрал себе.

Почему не больше? Почему не всю Германию заодно, раз уж уже сумел продавить Кайзера на уступки? Ну, тут, на самом деле, всё очень просто: не хотел откусить кусок больше, чем был в состоянии прожевать. Ведь новые территории — это не столько прибыль, в первое время, сколько расходы. В первую очередь людских и силовых ресурсов. Ведь мало взять, надо ещё обеспечить удержание, подчинение, лояльность местной администрации, логистику, связность, новые цепочки поставок и управления… и много ещё чего, на что у Империи банально не хватало людей. Одарённых высоких Рангов. Ведь не пошлёшь же на Генерал-губернаторство Ратника, при наличии на месте старого Паладина. Тут и Витязь-то едва ли сможет справиться. А свободных Пестунов, которых можно было бы сорвать с места и отправить в новые присоединённые земли, в Империи не так, чтобы много. И так-то придётся сильно оголять центральные регионы страны…

С другой стороны, появляется уникальная возможность «молодым» сыновьям практически бессмертных (по людским меркам) Князей прорваться наверх, обзавестись своими землями и титулами, в обход своих отцов, не устраивая распрей, заговоров и переворотов — дорога, перспективы, возможности. Заодно и «спуск пара» социально-пассионарной напряжённости, что постепенно копилась в стране, давно не менявшей своих границ.

Всё это было обсуждено и согласовано с Борисом. Он же успел подготовить все необходимые распоряжения и приказы для того, чтобы столь масштабная операция стала возможной. Для того, чтобы «машина» заработала и закрутилась сразу, как только… в конце концов, Алина поддерживала видеосвязь не только с Вильгельмом, но и с Борисом.

Треть Паладинов вывел с территории Польши Кайзер. Три шестых составляли англичане с французами, итальянцами, португальцами и прочим мелким европейским сбродом. И последняя шестая часть — Американцы.

Французы и англичане получили приказ на отход сразу после немцев — об этом позаботился Кайзер, через свои каналы связавшись с их Королями и изложив им своё виденье ситуации. Да и в целом, европейцы не больно то горели желанием оказывать сопротивление, когда видели несущийся в небесах с бешенной скоростью Драккар Рюрика — видимо, хорошо знали историю и представляли себе, что именно означает жёлтый «двузуб» на его красном парусе, генетическая память, так сказать… А вот с Американцами пришлось разбираться лично, благо они очень удачно скучковались в одном месте — в Варшаве. Все двенадцать человек. Они-то никакого страха или пиетета перед непонятными символами на красной тряпке не испытывали, они ведь гордые, сильные, непобедимые представители сильнейшей Империи мира…

Не могу не признать некоторого… злорадства и недостойного высокоморального человека мелочного удовлетворения, возникших в моём сердце, когда… Драккар опустился на центральную площадь Варшавы. Прямо на головы кричавших мне оскорбления Американцев. Не сложив пламенных крыльев.

Пришлось, правда, как следует придавить их там Менталом, чтобы они не успели разбежаться или зарыться. Серьёзно пришлось вложиться, так, что я уж думал, у меня кровь носом пойдёт: всё-таки двенадцать Одарённых Седьмой Ступени — не шутка! Очень помогло внимание местных, направленное на наш Драккар, ведь, так или иначе, а практически весь город следил за нашим прибытием, такое событие, как появление над домами летающего на пламенных крыльях корабля, пропустить или не заметить не реально. А Варшава — город миллионник. Перенаправления лично на себя даже части этого потока внимания оказалось… очень мощным. Я снова чуть не потерял самоконтроль и не начал чудить. Однако, повезло — удержался. Сумел вовремя отпустить и перенаправить этот поток, сознательно задействовав «отвод глаз».

Однако, у Южно-Американской Империи стало показательно на двенадцать высокоранговых Одарённых меньше. Опять же, под камеру: Алина очень старалась в этом полёте не упустить ни единого интересного кадра. И, с её продолжавшей развиваться способностью к Кенезу, у неё это получалось. А уж потом, в спокойной обстановке, вместе с Борисом, мы разберёмся, какие из них сделать достоянием общественности и пустить в эфир.

Понятно, что от Америки будет очень много криков и нот возмущения по поводу убийства их граждан «без достаточного на то повода». Однако, здесь не мир писателя, здесь правит Сила, только она имеет значение. И то, что двенадцать Грандов (не буду разбираться, кто там ещё у них был), мгновенно погибли, не сумев оказать не то, что достойного, но вообще никакого сопротивления — это удар! Серьёзнейший удар по репутации державы, позиционирующей себя, как сильнейшую. Особенной пикантности ситуации добавляло то, что к моменту нашей Варшавской «встречи» на борту драккара оставались, кроме меня, Матвея и Алины, только четверо Князей. Остальные были оставлены в ранее посещённых городах «боевыми парами и тройками» для обеспечения контроля за выходом с территории европейских Паладинов. Ведь невозможно просто прилететь, показаться и улететь, а там всё сделают так, как тебе нужно — так просто не бывает. Если хочешь добиться выполнения своих требований, кто-то обязан остаться и проследить за этим.

Не мало ли одной тройки Богатырей на крупный город? Нет! Не мало! Более, чем достаточно! Чтобы, в прямом сражении, гарантированно их уничтожить… быстро, необходимо минимум вдвое больше Паладинов. Даже, лучше в два с половиной раза, или три — а это уже шесть-семь, или девять Паладинов! А их в тех городах в таком количестве не имелось. Да и… Драккар летает очень быстро. ОЧЕНЬ! Вернуться до окончания завязавшегося боя я бы всяко успел. И это прекрасно понимали все стороны.

Видимо, это численное преимущество и вскружило голову Американцам — они отлично видели, что нас на борту только четверо (пацан и девчонка не в счёт). А четверо против двенадцати… вот они и были настолько наглыми и самоуверенными, что посмели озвучить вслух несколько прямых оскорблений и меня, и Алины, и Матвея, да и по Князьям пройтись не забыли.

Ну и формальное предупреждение-требование я зачитать не забыл. И даже минуту дал на исполнение этого требования. Минута прошла. Требование выполнено не было. И всё это старательно засняла Алина.

А в Варшаве теперь, наверняка поменяется название их центральной площади. Честно говоря, даже предположений не имею, на какое именно — фантазия народная непредсказуема, но, скорее всего, там будут фигурировать какие-нибудь слова, вроде: «пепел», «прах», «гарь», «стекло»… так как только они после меня на той площади и остались: большое неровное выжженное до расплава каменной брусчатки пятно.